ПЕТУХОВ. Мы на Москву опирались. 1 км подальше нашего махнули. Видел я, как там товарищи Островского обрабатывают — смотреть жалко: на фанеру уж перевели. А все оттого, что положение искусства очень тяжелое. Верите ли: грима и того нет. Свеклой да сажей из трубы вместо него орудуем. Костюмов никаких, даже естественных. Первый любовник у меня Ромео гражданина Шекспира в валенках с веревочными подметками играет. Да штаны вот, на этих местах зачинены, заплатаны — живого места нет. Как повернется к публике вот этим манером… ну, прямо сквозь землю провалиться. Разрешите приступить к работе?

КОМИССАР. Приступайте. 1 км посмотрим.

ПЕТУХОВ. За вас в огонь и в воду! Вы меня воскресили. Какое поле, какие широкие возможности! (Скороговорной.) Заявление я подал, документы затерялись. (Быстро уходит.)

Комиссар уходит в канцелярию.

ПЕТУХОВ (входит в зал). Какие широкие возможности, какое поле!.. Эх, вот это помещение под народный дом пойдет… Все отсюда к чертям!..

ВСЕ. Ну, что?.. Зачем звал?..

ПЕТУХОВ (как бы очнувшись). А?.. Убеждал работать, конечно.

БЕРКУТОВ. Ну, и что же вы?

ПЕТУХОВ. Отказал… Начхать мне на него…

ИВ. ИВ. Так и сказали?

ПЕТУХОВ. Так и сказал: начхать мне на тебя!

ИВ. ИВ. Смотрите, вы хоть бы сдерживали себя немножко.

КНЯГИНЯ. Правда, мсье Петухов, какой вы безумный. Вы на него начихаете, а он может оскорбиться, и всем плохо будет

Поспешно входит Анна Фед.

АННА ФЕД. Родион, посмотри, что там делается. К нам буквально весь город собрался.

(Быстро проходит Надя в куртке с револьвером.)

АННА ФЕД. Боже мой… создатель!

КАШИН. Ты что это шляешься? Это что за облачение?

НАДЯ. Некогда, некогда — после поговорите.

АННА ФЕД. Где ты пропадаешь?

НАДЯ. Дежурим около арестованных.

АННА ФЕД. Что-что?

НАДЯ. Дежурим около арестованных.

Общее молчание.

КАШИН. Надежда, постой, ради Христа… Сейчас регистрация… ты там свой человек… ежели будут спрашивать о происхождении, не подведи, скажи, что я бывший слесарь или лодочник. Впрочем, не надо. Замотался.

Надя уходит.

БЕРКУТОВ. Поздравляю.

АННА ФЕД. Прокляну.

КАПИТАН. Жанна д’Арк. Только с другой стороны.

КНЯГИНЯ. Я начинаю понимать все меньше и меньше.

Вбегает Фекла.

ФЕКЛА. Барыня, барыня…

ВСЕ. Тс… С ума сошла… Какая тебе барыня.

КАШИН. Рожа чертова… Чучело. Сколько тебе раз говорили, что мы все равные граждане и никаких барынь теперь нету. Ну, что тебе?

ФЕКЛА. Вот письмо Ивану Иванычу. Велели в собственные руки, чтобы, сохрани бог, не попало кому не следует. Так и сказали.

ВСЕ. Что такое? Какое письмо?

АННА ФЕД. Господи, что там еще такое?

ИВ. ИВ. А, это от моего приятеля, начальника почтовой станции. Он прошлый раз сообщил мне о прибытии этих гостей. (Читает. На лице радостное изумление, схватывает, шапку и тросточку с флагом.)

ВСЕ. Куда? Куда? Что?

ИВ. ИВ. После скажу… сначала выясню наверное. Напрасно не хочу волновать.

ПЕТУХОВ. Эй, эй, а регистрация?

ИВ. ИВ. Регистрация? Вот что теперь для меня ваша регистрация. (Плюет и убегает.)

ВСЕ. Что такое? Ничего не понятно.

АННА ФЕД. Какие-то все стали сумасшедшие…

КАШИН. Ну, однако, гадать некогда, подготовиться надо. Да, а Фекла как же? Слушай, ты, растрепа, еще раз: тебя сейчас будут спрашивать, какого ты происхождения, отвечай, что благородного, т. е. не очень благородного, а наша родственница. А про меня говори: «братец» — «братец сказал», «у братца живу»… Поняла? Да еще одеть ее надо как следует. Ну, мы, господа, пойдем готовить Феклу. Пойдем, старуха. Ох, святые угодники!

СОЛДАТ (в коридоре кричит в дверь). С той двери заходите, там очередь.

Граф подбегает к двери и, держась за ручку, смотрит в щелку. Солдат открывает в зал дверь и вытягивает к себе графа, который в испуге убегает.

СОЛДАТ (входя в зал). Граждане, приготовьте документы и становитесь в очередь.

(Все идут через коридор в канцелярию. Беркутов остается.)

ПЕТУХОВ. Ну-ка, артиста пропустите без очереди.

ГОЛОСА. Куда? Назад!.. Какой там артист! (Шум.)

ПЕТУХОВ. На репетицию спешу, некогда. (Шум.)

СОЛДАТ. Тише! (Тишина.)

ГРАФ (вернулся за документами. К Беркутову). А вы что же?

Презрительное молчание.

ГОЛОСА. Что, что сказали?..

ГОЛОС. Говорят, кто не зарегистрируется, тому пайка не дадут.

МАЛЫЙ (входя в зал). А вы что же тут? Кто не зарегистрируется, тому пайка не дадут.

БЕРКУТОВ. Подлецы. (Идет в коридор.) Презренное стадо…

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Антология Сатиры и Юмора России XX века

Похожие книги