В коротких разговорах с ней, когда я спрашивал ее о самочувствии, она нередко упоминала тот факт, что для нее несколько странно быть привязанной к чему-то неподвижному, например этому месту. Мое замечание по поводу того, что она в принципе привязана ко мне уже очень долгое время, она отметила, что нашу привязанность не следует воспринимать как обузу, в отличие от одной точки на карте. Кажется, для нее и в самом деле было сложно привыкать к оседло жизни, в то время как нужда заставляла ее активно существовать в ритме кочевницы. В принципе, я ее понимаю. Ну да, это просто неудобно, после каждой удачной охоты тащить свою добычу в отдаленный лагерь, в то время как было бы гораздо удобнее просто поглотить ее и отправиться дальше, в поисках приключений, так сказать. Впрочем, что поделаешь, когда разворачивающаяся стройка (я предполагаю, что за последние века это был первый прецедент в истории Уэко Мундо такого масштаба) грозилась в скором времени сделать нам прыжок вперед, причем, проигнорировав многие законы нашего мира! Если мои предположения окажутся верны, и я смогу провести нужный мне ритуал, то вскоре нам даже могут не понадобиться охота! Зачем охотиться, когда можно уже спокойно преследовать мои цели. Ради которых, собственно, и начался этот грандиозный эксперимент.
В общем, наше общение с Афиной за весь этот период было сведено к минимуму. Она была занята, я был занят, вокруг нас было немало людей и пустых, которые требовали определенного внимания к себе. В особенности живые. Например, в процессе создания блоков участвовали исключительно пустые. Специалистов держали как можно дальше от процесса литья, а со временем, специально для них пришлось создать специальный бункер, выстроенного из бракованных блоков, в значительном отдалении. Оказалось, что для нормального человека находиться в момент активности реацу пустого третьего поколения очень вредно. А про применение негативного серо говорить вообще не приходилось. Страшная способность вызывала страх даже у адьюкасов (как-то мне довелось увидеть, как драпали несколько таковых, когда перед ними в полусотне метров разорвался безумный заряд), а на живых людей — это вообще сказывалось удручающе. После моего самого первого применения этого оружия не только они, но и пустые бросились на землю, а потом долго приходили в себя. Если бы не один смельчак, который встал раньше, чем замолкнет рокот взрыва в горах, чтобы посмотреть на его последствия, то вероятно, мы еще долго бы думали над материалом для строительства! Хотя, возможно я бы догадался бы об этом и сам, но кто знает, сколько прошло бы времени до того, как мою голову посетила бы эта умная мысль? В общем, моя страшная техника сказывалась весьма дурно на людях. Причем, основным симптомом был необъяснимый страх. Люди сильно боялись, некоторые впадали в панику, а со временем стали жаловаться на сильные головные боли, тошноту, бессонницу, отсутствие аппетита. Одного вообще, кажется, контузило. У него из ушей шла кровь, сам он бессмысленно смотрел по сторонам, словно впервые увидел то, где он жил последнее время.
