– В хирургическом отделении? – переспросил Маркиз. – С вашего позволения, я поговорю с тамошним персоналом! А то, знаете, как бывает – по документам проходил лечение, а на деле и близко к больнице не подходил!
– Не знаю, где как, а в нашей больнице такого не бывает! – возмущенно процедила дама, поджав губы.
– Вот мы это и проверим! – оставив за собой последнее слово, Леня устремился к лестнице.
Перед входом в хирургическое отделение он нацепил на лицо приветливую улыбку, достал из портфеля коробку бельгийского шоколада и вошел.
За столиком дежурной сестры сидела хмурая особа с короткими сероватыми волосами и вечным недовольством на лице. Она читала книгу, от которой ее отвлекло Ленино появление.
– Обувь! – проскрипела особа, с неприязнью взглянув на Маркиза.
– Извините? – переспросил он.
На этот раз дежурная сестра ничего не сказала, только ткнула пальцем в табличку на стене:
«Вход в отделение в уличной обуви запрещается».
– Извините, – Леня улыбнулся еще шире, сделал шаг вперед и протянул сестре коробку шоколада, – я только хочу спросить про своего друга… узнать о его состоянии…
– Здесь не справочная! – процедила сестра.
Тем не менее она взяла коробку и швырнула ее в ящик своего стола. Леня успел разглядеть там целую груду плиток шоколада и конфетных коробок.
– Понимаете, я долго отсутствовал в стране, только сегодня прилетел и узнал, что с ним случилось несчастье, и вот приехал, чтобы справиться о нем…
– Меня не нужно уговаривать! – проскрипела сестра. – Правила для всех одинаковые!
– А насчет обуви я не сообразил… я сейчас спущусь, в холле продают тапочки…
На этот раз дежурная сестра не удостоила его ответом.
Она опустила взгляд и погрузилась в чтение. Леня успел разглядеть обложку – на ней статный брюнет с длинными усами страстно обнимал кудрявую блондинку в голубом платье с глубоким декольте. Называлась книга «Поцелуи в ночи».
Леня спустился в холл, купил в киоске стариковские войлочные тапочки и снова вошел в дверь хирургического отделения.
– Вы куда? – осведомилась дежурная сестра, отложив свою книгу и с прежней неприязнью взглянув на Маркиза.
– Я в тапочках! – сообщил ей Леня, приветливо улыбаясь.
– С чем вас и поздравляю! – сестра скривила тонкие губы. Должно быть, это считалось у нее за улыбку. – Только вы в отделение все равно не пройдете.
– Но почему? – удивился Маркиз.
– Неприемные часы! – ехидно сообщила ему мегера.
«Понятно, почему в дисковом магазине было приписано, что звонить можно только после семи! Наверное, эта мегера сменяется в это время, а с другой сестричкой разговаривать не в пример приятнее».
– Неужели я не могу узнать про своего друга… – канючил Маркиз.
– Можете. Только не здесь, а в справочном столе.
– Но ведь Арсений находится у вас в отделении, а не в справочном!
– Арсений? – переспросила сестра, и на ее лице появилось какое-то новое выражение.
– Ну да, Арсений Анатольевич Арбузов… – недоумевая, проговорил Маркиз.
– Да что же вы сразу не сказали, что вы друг Арсения Анатольевича! – воскликнула сестра, на глазах меняясь.
Она порозовела, выскочила из-за стола и бросилась к Лене. – Проходите! Да зачем вам эти тапки! А хотите чаю? Или, может быть, кофе? У меня и конфеты есть!
– Да… чаю, пожалуй… – пролепетал Маркиз, пытаясь понять причину такой перемены в настроении дежурной.
– Присаживайтесь! – щебетала та, подставляя Лене стул. – Так вам чаю? А какого – черного? Зеленого? Жасминового? Еще у меня есть «баварская мята»…
– Ну, зеленого, если вам все равно…
– Арсений Анатольевич – это такой человек! – не умолкала сестра, сервируя для Лени чай на своем столике. – Это такой исключительный человек! Нам его так недостает! Когда увидите его – передайте от меня привет! Непременно, непременно передайте! Так и скажите – Алевтина Андреевна постоянно его вспоминает!
– А он уже не у вас? – осведомился Маркиз, поднося к губам чашку.
Ответ он уже знал после разговора с администратором, но надеялся в отделении получить еще какую-нибудь полезную информацию.
– Увы, нет! – воскликнула Алевтина. – Он от нас переехал в «Теремок», на реабилитацию!
– Куда? – удивленно переспросил Леня. – В какой теремок? На какую еще реабилитацию?
И Алевтина Андреевна вкратце рассказала, что примерно три недели назад к ним в отделение поступил Арсений Анатольевич Арбузов после аварии с переломом левой ноги. Человек он был обеспеченный, и ему на коммерческой основе предоставили платную палату «люкс».
– Хорошая палата, с душем и кабельным телевидением, – с гордостью сообщила дежурная.
Арсений Анатольевич был человек очень обаятельный и щедрый, и вскоре весь персонал хирургического отделения, включая суровую Алевтину Андреевну и даже несгибаемую уборщицу тетю Шлепу, был без ума от нового пациента.
– Всегда-то он что-нибудь приятное скажет, – вздыхала Алевтина. – И никогда от него без подарка не уйдешь! Ну до чего приятный мужчина! – И взгляд ее мечтательно затуманился.
– А дальше-то, дальше-то что! – поторопил ее Маркиз. – В какой теремок он от вас переехал?
