-- Эй, Дрик, а там, похоже, кто-то колдует. Браслет лепит или что-то очень похожее.
Парни разом остановились (Чкаа, против обыкновения, даже не попытался достать Дрика "послеконечным ударом"). Долго вглядывались. По-моему, ничего не увидели, так что Дрик даже заявил, что мне почудилось. Но Чкаа как-то странно на меня взглянул и сказал, что вполне может быть, я и права:
-- Там новый. Мужчина, -- ему явно не хватало слов, и он выдал трескучую фразу на смарисянском, из которой я вычленила только несколько слов. А Дрик, похоже, здорово за это время поднаторел в местном наречии, потому что тут же бойко перевел:
-- Там новенький. Его привезли два дня назад. Не из наших и не из ваших. Совсем чужой. Криис с ним носится, как птица с яйцом. Он для чего-то ей нужен.
Предчувствие, острое, как шило, и щекотное, как перышко, ткнулось откуда-то снизу в ребра.
-- Чкаа, а давай на него посмотрим?!
-- Зачем?
-- Ну Чкаа, ну миленький, ну солнышко, ну лапочка, нам так тут скучно. А вдруг он интересный?
Неизвестно почему, но этот слюняво-детсадовский бред его пронял. А, может, ему показалось интересным поиграть в шпионов. Словом, знакомое уже плутовское и несколько развязное выражение вернулось на его физиономию, он кивнул головой и поманил нас за собой.
Оказалось, во двор вела не одна дверка. Та, в которую мы зашли, была неплохо замаскирована под кучу камня, наваленного у стены. Причем у стены противоположной той, в которой зияло заинтересовавшее меня окошко. В этой части форта (или как там его? замка?) мы ни разу не были. Идти пришлось по почти совсем темному коридору. То есть по стенам висели магические светильники, но то ли их давно не выставляли под солнечный свет накапливать энергию, то ли просто пригасили из экономии... Пробираться приходилось почти в полной темноте, спотыкаясь о неровности пола, больше всего похожего на пещерный - кривой, да еще наклонный. Вообще, местные строители с архитекторами - это отдельная песня. Причем очень грустная.
По-моему, тащились мы по этой каменной кишке минут пятнадцать, не меньше. Она выписывала кренделя, так что направление я почти потеряла. Все же, кажется, мы огибали внутренний двор по восходящей дуге, идущей по часовой стрелке.
Коридор вывел нас в эдакий сияющий холл. Я ожидала увидеть стражу - не тут-то было. Пустынно, как ночью в школе. Чкаа постоял, что-то прикидывая (кажется, он не очень хорошо ориентировался в каменных потрохах), потом кивнул сам себе и повел нас по левой дорожке. Еще через пару поворотов оказалось, что он заблудился. Мы вернулись, он опять что-то просчитал в голове - и повел нас все по той же левой дорожке. Я попыталась было обратить на это его внимание, но он лишь шикнул на меня и сделал знак помалкивать, приложив к губам всю пятерню, полусжатую в кулак. Вот такой здесь жест "соблюдайте тишину".
Не знаю, как, но на сей раз мы явно вышли к цели - к здоровенной двери из толстенных досок, возле которой с ноги на ногу переминались аж пятеро часовых. Слона они там стерегут, что ли?
Чкаа тут явно знали, он довольно быстро договорился со старшим (вернее, убедил его "свалить к... и не мешать тому, кто умнее", как перевел мне Дрик). Потом танцующей бесшумной походкой подошел к двери, обнаружил в ней щелочку и поманил нас.
Щелочка была узкая, но длинная, вертикальная. Так что заглянуть в нее мы смогли втроем. Только мне пришлось присесть на корточки, а Чкаа - встать на цыпочки. Щель была к тому же еще и кривая, так что мне, наверное, был виден чуть другой кусок комнаты за дверью. Спиной ко мне стоял, кажется, Морж, вполоборота к нему - знакомый советник Криис, мерзкий такой дядька с маленькими оловянными глазками. Вот он и держал в руках ошейник. Или, наверное, браслет - уж больно маленький. Но очень похож на ту дрянь, что все еще висела на моей шее.
-- Ну что ты упрямишься? Тебя это ведь ни к чему не обяжет, -- выдал он вдруг на чистом Криимэ.
-- Поди к черту. Не буду, -- услышала я вдруг знакомый до боли, до дрожи, до обмирания голос. Впрочем, даже если бы я голос не узнала - кто б еще под этим небом мог говорить по-русски. Не помня себя, я заорала изо всех сил:
-- Папа!!!!!!
И позже, может быть, на полсекунды то же самое слов выдал Дрик. Только на Криимэ.
Такой вот подарочек на день рожденья.
Глава 18. Полный улет
Третий час нас уговаривают. Уговаривают, во-первых, надеть какие-то браслеты (уродливые полоски толстой кожи с бляшками), во-вторых, дать присягу местным бонзам. Причем текст, вроде бы, безобиден - не вредить и все такое. Но печенкой и всеми прочими потрохами чувствую - не надо.
Сайни так просто игнорирует уговорщиков. Раз только пробурчал что-то вроде "как Митиок решит", -- и к стене отвернулся. Он теперь вообще почти все время молчит. Как камень. Как чурка березовая. Как телевизор без электричества. И мне от этого весьма не по себе. То ли он на меня смертельно обиделся за револьверные дела, то ли опасается прослушки... Для самоуспокоения приятнее вторая версия, но червячок грызет все равно.
