С примуса ей на палец скакнул огонек. Скакнул, завертелся, превращаясь в что-то вроде вязальной спицы — желто-красной с синими спиральками, сбегающими к кончику. Спица вытянулась продолжением пальца и легонько чиркнула по путам — на локтях и на запястьях. Грубая, словно из коры скрученная веревка лопнула, распространяя вокруг запах подгоревшего дерева и, почему-то, корицы.
Дрик осторожно, прислушиваясь к чему-то в себе, свел руки и принялся их растирать. Осторожно и как-то неловко. Губу закусил, на грязном, в разводах, лбу выступили капельки пота. Сморгнул несколько раз.
"Да он же изо всех сил старается не заплакать!" пришло мне вдруг в голову. Чертовы их комплексы — "мужчины не плачут", "не показывай врагу свою слабость" и т. д. Но сказать ему сейчас об этом — еще сильнее обидеть и расстроить. Поэтому я просто мысленно попыталась к нему потянуться и погладить, успокоить. Как ни странно, кажется, получилось — он глянул на меня посветлевшими глазами. Я на секунду прикрыла веки.
— Но смотри у меня, — резанул по ушам резкий голос Совы, — глупостей не выкидывай. Я ведь не стражники, синяком не отделаешься. Поверь мне, у меня много способов испортить человеку настроение.
— Не буду я ничего выкидывать, — буркнул Дрик под нос. — Что я, дурак, что ли?
— Не знаю. Надеюсь, что все-таки нет, раз Джуля выбрала тебя в приятели.
До меня не сразу дошло, что это она так мое имя произносит. Ну честное слово, собачья кличка получилась. Я буквально прикусила язык, чтобы не поправить. Почему-то была уверена, что на это меня и провоцировала старая грымза. Они тут, как я погляжу, вообще мастера на нервах играть. Придется учиться себя в кулаке держать. Этого мастерства, как не раз говорили мои родные и друзья, мне явно не хватало. Необходимость, как известно, лучший учитель, черт бы ее побрал вместе с науками еенными.
Не дождавшись ответа на шпильку ни от меня, ни от Дрика, Криис приступила к уроку. Надо сказать, объясняла она толково, едва ли не лучше Лиины (а та для меня вообще была эталоном педагогического мастерства): куда и как смотреть, какие ощущения вызывать, как потоки складывать, как чувствовать "настроение" сращиваемых тканей. Через полчаса я взмокла, как мышь, но с удивлением увидела, что рубец от веревки на левом запястье Дрика исчез.
Он с наслаждением покрутил кистью и вдруг спросил:
— А можно мне попробовать?
