Судьба молодого человека конца 80-ых,служба в армии, трудности становления в начале 90-ых годов прошлого века
1.
Осторожные лучи словно пальцами ложились на холодные серые стены, прозрачным мелом проводя границы света и тени,средь улиц, дворов, комнат, переулков, навстречу сумеркам, что то освещая, а затем и вовсе прекращая. Если взглянуть то здесь не хватало живности вроде птиц, собак, кошек, а красной рыбы, крабов, икры,хоть вёдрами. Наступал вечер, и у северного лайнера как себе представил зажигалась иллюминация. Следующее утро всё вдруг повторялось, и это казалось удачей, два дня, гладкое как бильярдный шар,только не белое а голубое небо. И снова лучи гнулись, но не ломались,текли по стеклам, глазам, фарам,иногда вдруг искрясь бенгальским огнем. И сколько не радуйся, а после обеда пошел снег, сначала так словно щадя, мягко оседая на головы и плечи, а затем повалил. В такую погоду она обычно не гуляла, предпочитая ждать, чтоб ребенок не капризничал,но в тот раз попала как раз в смену погоды. Наблюдая из окна, жалел ее, видя, что ребенок плачет. Верно проголодался или хотел спать, а может ветрено, снег в лицо или надоело в санках сидеть.Мало ли что. Не мой ребенок, а думаю зачем то.Из за неё. Что то, не так?Что то!
И чудно, что встретил ее здесь, на Колыме. Чуднее уж некуда на краю земли. Как и разочарование знать, что есть муж,семья. При встрече она так и сказала – Извини чувак, я замужем.– чувак, сам добавил, от того что как опущенный в воду стал. Молчал,хандрил, а что еще оставалось.Казалось конец надеждам. Ведь знал, что нужна, пусть и банально, для тепла, для сердца, для души, короче для главного, и поэтому не хотел знать, что будет дальше, да и не знал какую цену надо платить. Одно её присутствие, делало появление здесь, не просто осмысленным, а даже, счастливым. Бывают же совпадения.
Незадача, из уважения, не мог даже намекнуть ей на близость. И это мучило. Снилась. Ведь мне только 23, а у меня уже фальшстарт случился. А что хотел!? Столько времени прошло. Почти пять лет, уже и надежды нет, а она, есть! И сейчас под жесткий скрип,хмыкнув, хотел сказать кровати,а нет морозного снега, родилось что то неуловимое, вроде объятий, и понимания, что не спроста нашел.
Точно,она скрывает, что несчастлива? Муж не оставляет выбора!? Ей требуется поддержка. И вот появляюсь, и,она в изумлении озаряется улыбкой радости, но быстро берет себя в руки. Сильная! Лик блекнет, оглядывается. Муж ревнив? Но откуда то знал, что думает и теперь, будет думать, и радовался, глядя в окно на усиливающееся снежное падение, идущее сплошной стеной, и засыпающее ребенка, прохожих, машины, корабли в порту, все, все, весь мир бессчетным количеством пуха, но только не ее,она перед глазами.
С мужем, видел ее редко. Муж как муж, крепкий, такой. И скорее вышла за него, по любви. Так что ж теперь, оставить надежду? Тогда надо на материк, а не улетаю. На что то надеюсь. Что то держит!? Оставлять надежду не хотел, как собственно и жить здесь, словно и не жить. Время остановилось меж бухт. Забрать бы ее и на большую землю.
А то, сколько травить душу, мутью отраженной в заливах и скудностью похожей на шлак земли. И к тому же случившемся здесь, с сотнями тысяч людей горю, бесстрастно запечатленных в статистике Н.К.В.Д. и бесстрастных рассказах чудом выжившего Варлаама Шаламова. И сейчас даже вареные крабы и пиво с водкой не в силах снять налет, непроницаемого смога,и душевной печали. Да как снять если отскоблить не по силам, не человеческого масштаба задача вырисовалась в странный узор. Оказывается народ расплатился за содеянное в 17-м и дальше!Кто сказал!? Ты это сказал? Нет!Так что ж мараешь сомнениями!Не гневил бы Господа!И молчу потому что сказать в ответ тому кто наперед знает за что Бог прогневает, это такая,битва с ветряками, которая на самом деле есть демагогия, и кто ей овладеет тот то от имени народа, а потом и именем Бога рты пулей прикрывал. И поэтому молчу до поры.
Иногда бухал хотя в девяностом здесь на Колыме с этим проблемы. Отголоски Горбачевского закона. А на севере без спирта, тем более с работягами, нежелательные пертурбации происходят, и вспоминаешь, как водка превращается в масло. Аж слюни, текут. Корабля со спиртом ждут все, и местечковая мафия одним из скрытых членов, которой и был Анин муж, хотя возможно их коммерсант, который и занимался розливом. Это только предположение, и само собой ждали,все остальные. А мафия, чтоб взять свою долю и разлить водку, а народ, чтоб пить ее, для настроения, или для лечения, а также для преодоления, северной ночи. Тогда ж в местном обороте появилась ядреная, прожигающая желудок, китайская водка.
