— Маша, — процедил Григорий, сквозь стиснутые зубы. Руки парню он так и не подал. — Иди и сядь в машину.
— Но, папа… — нахмурилась она.
— Быстро, я сказал! Не доводи до греха! Я не знаю, что с тобой происходит. Ты даже не сказала, где находишься, не позвонила! Я не так тебя воспитывал! Ты хоть представляешь, что пережила твоя мать?! Я?! — Маша виновато опустила глаза. — Иди в машину!
Алекс ненадолго задержал её руку в своей и посмотрел в глаза, словно говоря, что они скоро увидятся, несмотря ни на что.
Она сбежала по ветхой лестнице и уселась на заднее сиденье в серый блестящий минивэн.
— Если я узнаю, что ты, щенок, применил хоть каплю силы или удерживал её…
Алекс молчал, понимая, что отец Маши по-своему прав. Им действительно стоило предупредить родителей, но и унижать он себя не даст. С него в детстве было достаточно.
— Я вернусь и разнесу твою развалину по кусочкам! — прорычал Григорий..
— Милости просим, — как можно вежливее ответил Алекс.
— Не приближайся к моей дочери! Ты ей не ровня! — сказал мужчина и развернулся, собираясь уйти.
— Вот этого я пообещать не могу, — зло процедил Алекс, уже в душе ненавидя этого сноба. — Я люблю Машу.
Григорий замер, сжимая кулаки, и посмотрел на парня через плечо.
— Посмотрим, что стоит твоя любовь, когда ты не увидишь её целый год. — Алекс широко раскрыл глаза и посмотрел в сторону машины, где мать выговаривала Маша за безответственность. Она не обманывала его. Просто сам факт её отъезда не обсуждался.
Это злило, обижало. Почему она не рассказала?
— Что, она не сказала? — злорадствовал Григорий. — Зачем ей делиться с таким, как ты, чем-то важным?
Он спустился вниз и сел в машину, даже не удостоив своих женщин словом. Маша лишь мельком посмотрела на Алекса и опустила взгляд.
Уезжает, значит? Так просто, словно между ними ничего не было, словно она не стала для него центром вселенной, затмив всех, кто был до неё.
— Чёрт! — выругался Алекс и с размаху хлопнул дверью, отгородившись от солнечного света.
* * *
— Я не поеду, — твёрдо заявила Маша, выслушав отповедь от родителей. И даже английский чай не смог восстановить потерянное равновесие в обычной дружной семье.
Григорий так грохнул кружкой об стол, что та развалилась надвое.
— Ты совсем ополоумела?! — Он сорвался на крик он, побагровев от гнева. — Рушить своё будущее из-за какого-то босяка!
— Он не такой! — громко оправдывала парня Маша. — Он умный и работает! Я горжусь им!
— Так гордишься, что даже с отцом не познакомила?! — поднял брови Григорий и, глубоко вздохнув, потёр переносицу. Щека у него уже дергалась, а челюсть казалась высеченной из гранита. — Ты не можешь отказаться от мечты. Ты к этому всю жизнь стремилась.
— Мечты меняются, — пробурчала Маша, сложив руки на груди.
— И о чём ты теперь мечтаешь? — Голос отца так и сочился сарказмом. — О том, чтобы трахаться в доме под снос? Это твои мечты?
— Гриша! Следи за языком! — ахнула Лера.
— Надо было следить за дочерью! — обвиняюще воскликнул Григорий, вышагивая по столовой, где собрался семейный совет.
— Я люблю его! — спокойно и уверенно произнесла Маша Она всё для себя решила уже давно. Родители смирятся. — И я не поеду в этом году на учёбу. Они будут рады принять меня и в следующем, — безапелляционно заявила девушка и, смерив родителей сердитым взглядом, пошла в сторону лестницы.
— Вернись, мы не закончили! — потребовал Григорий.
Маша обернулась. В её глазах стояли слёзы, а губы дрожали.
— Ты всегда учил меня быть твёрдой в своих решениях и желаниях. Я знаю, чего хочу. Я останусь с Алексом, пока он сам этого захочет, и поступлю в местный колледж на стоматолога вместе с Зиной.
В доме воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов.
— Кто такая Зина? Нет, не отвечай, — перебил Григорий жену, когда та открыла рот. Он сел за стол. — Ты должна была сказать мне, — проговорил он и посмотрел на расколотую чашку, очень ясно представляя вместо неё жизнь дочери.
— Я была уверена, что это простая влюблённость.
— Ей восемнадцать. Конечно, теперь она уверена, что любит этого…. — Повисла пауза, во время которой каждый был погружён в свои мысли. — Ладно, — спустя минуту поднялся Григорий, опираясь на стол, словно немалый груз давил ему на плечи. Он накинул плащ, взял ключи от машины и дома и открыл входную дверь.
— Куда ты? — испуганно спросила Лера, отставив в сторону кружку с недопитым чаем.
— Поговорю с этим… Поттером. Может, у него хоть осталась крупица мозгов, и он не собирается запереть нашу дочь в этом старинном гов… особняке и сделать беременной. С него станется.
— Ты думаешь, он сможет убедить её уехать?
— Сейчас только он и сможет, — кивнул Григорий и захлопнул за собой двери.
