— Я бы ничего так не хотел, как трахнуть тебя языком до беспамятства, но сначала тебе нужно научиться хорошим манерам. — одной рукой я снимаю ремень. — Раздвинь пошире ноги, моя ненасытная, маленькая шлюшка.
Лекси делает, как ей сказано, широко раскрываясь и давая мне возможность получше рассмотреть себя.
Я погружаю палец в ее щелочку, прежде чем подношу к губам и обсасываю дочиста.
— Такая аппетитная девочка.
Она раздвигает губки киски и улыбается.
— У меня есть еще кое-что для тебя, папочка. Все, что тебе нужно сделать, это облизать.
— Если хочешь, чтобы это прекратилось, скажи «красный». Если этого будет слишком много, скажи «желтый». Если хочешь еще, скажи «зеленый». Поняла?
Лекси поднимает голову, в глазах вопрос.
— Мне нужно убедиться, что ты понимаешь слова папочки. — она кивает. — Используй слова взрослой девочки, Лекси. Ты понимаешь, чего от тебя ожидают?
— Да. — стонет она.
Крик, полный боли и удовольствия, срывается с губ Лекси, когда я бью ремнем. Я ожидаю, что она сомкнет ноги, но она этого не делает. Вместо этого она двигает своей задницей вверх и вперед, как будто предлагая мне себя. Мой член вздымается в штанах, требуя, чтобы его выпустили.
Мне интересно, играет ли моя маленькая соплячка в какую игру играет, поэтому я проверяю ее на прочность.
— Это за то, что заставил меня отчаянно хотеть тебя.
Ремень опускается на ее сладкое влагалище снова и снова, меняя цвет с нежно-розового на пылающе-красный.
— Это за то, что ты думаешь, что якобы можешь получить то, что тебе нужно, от кого, кроме меня.
Голова Лекси запрокидывается, и она хнычет, когда я бью ее в последний раз, убедившись, что кожа попадает прямо на ее чертовски сексуальный клитор.
— И это для того, чтобы ты больше никогда больше не злилась
— Папочка. — стонет она. — Пожалуйста, папочка. Мою киску нужно трахнуть.
Я крепко держусь за ремень и смотрю, как она рассекает воздух. Когда она понимает, что я получаю слишком много удовольствия от ее боли, чтобы что-либо предпринять, ее рука оставляет половые губы, и кончик пальца заигрывает с ее отверстием. Мои глаза расширяются, и мой член готов лопнуть, когда я смотрю, как Лекси засовывает один палец, а затем еще три, в свою киску, набивая себя до отказа.
— Черт. — стону я, когда она дрожит и трахает свою руку. — Вот и все, детка. Используй эту грязную киску для папочки. Лекси стонет от моих вульгарных слов, поощряя меня давить на нее дальше. Я достаю свой телефон и нажимаю кнопку записи.
— Камера обожает такие жалкие дырки для ебли, как ты.
Я перехожу на другой конец бара и запечатлеваю ее милое личико, протягивая ей свои пальцы. Она широко раскрывает рот, и я засовываю четыре пальца ей в рот.
— Жалкая маленькая шлюшка. Сосет папочкины пальцы, притворяясь, что это его толстый член, пока я тебя записываю. Ты ведешь себя не как хорошая маленькая девочка, Лекси. Все это очень неприлично. Что бы сказали твои мама и папа, если бы увидели тебя сейчас? Посмотри, на что ты готова ради своего дяди. Только шлюхи хотят трахать свою семью.
Она стонет, когда я плюю ей в лицо.
— Мне придется наказать тебя за то, что ты такая шлюха. Свяжу тебя и набью эту киску ремнем, пока из нее не пойдет кровь для папочки. Теперь я заснял тебя на камеру, Лекси, и клянусь, если ты когда-нибудь снова заговоришь о том, что заставляет меня ревновать тебя к другим мужчинам, я выложу это на всеобщее обозрение. Если ты хочешь вести себя как жалкая тряпка, мир должен иметь возможность увидеть твое тело шлюхи.
Лекси пытается заговорить, но ее слова заглушаются моими пальцами, зажатыми у нее во рту.
Я вынимаю их и вытираю слюну с ее хорошенького круглого личика.
— Ты хотела что-то сказать, мое маленькое отродье?
— Пожалуйста, папочка. — стонет она, продолжая трахать себя. — Я буду хорошей девочкой и буду делать то, что мне говорят. Только никому не показывай фотографии или видео, на которых я веду себя с тобой как мерзкая шлюха.
Мне хочется расхохотаться, потому что эта маленькая шалунья хороша в ролевых играх. Она выпячивает нижнюю губу, но ее глаза затуманиваются похотью. Похоже, моя девочка хочет поиграть, а что малыш хочет, то малыш и получает.
Я отступаю назад и наклоняюсь к ее влагалищу, делая несколько снимков. Вместо того, чтобы отступить, она подается вперед, чтобы дать камере лучший обзор.
Моя Лекси, кажется, склонна к деградации. Шлюха зависимая от боли. И эксгибиционизм тоже не исключен.
Ее ноги снова дрожат, и я убираю ее руку.
— Пожалуйста, мне нужно кончить. Я сделаю все, что угодно. Пожалуйста.
— Хочешь кончить, малышка?
— Да, папочка. Моей маленькой киске это так нужно. Я сделаю все, что ты попросишь. Пожалуйста.
Я отхожу подальше от стойки.
— Встань на колени и ползи. Пока ты это делаешь, я хочу, чтобы ты сказала мне, какая ты бесполезная шлюха, что ты получишь оргазм только от того, что мой член трахнет эту грязную киску до полного подчинения. Я хочу, чтобы ты сказала папочке, что все твои дырочки принадлежат мне, а твое тело теперь принадлежит мне.