— Мы можем взглянуть на нее сейчас, доктор? — спросила Сандра.
Дуг видел, что его спутница начинает говорить от имени всей семьи Коннелли, словно кто-то дал ей соответствующие полномочия. Он положил руку ей на плечо и сказал, сделав ударение на первом слове:
— Я хотел бы повидать свою дочь.
— Ты ведь не станешь запрещать мне помолиться за нее, Дуг?
Дугласу совсем не понравилось, что доктор Патель стал свидетелем их разговора. Его раздражало, что под пальто у Сандры свитер с чересчур глубоким вырезом, который куда больше подошел бы для ночного клуба в Мясоразделочном квартале, чем для больницы. Прежде он был слишком погружен в свои мысли, чтобы обращать внимание на такие вещи.
К счастью, доктор Патель сообщил, что Ханна уже была у сестры утром. И почти наверняка вернется через десять минут. Дугу совершенно не хотелось рассказывать ей, что Сандра приходила навестить Кейт.
— Пойдем, — резко сказал он Сандре.
Кейт шевелилась, но ее глаза оставались закрытыми. Дуг взял больную за руку:
— Малышка, это папа. Я так тебя люблю. Ты должна поправиться ради меня и Ханны. Ты сможешь. Мы в тебе нуждаемся.
Из его глаз легко потекли слезы.
С другой стороны постели стояла Сандра. Она осторожно провела ладонью по забинтованному лбу Кейт:
— Кейт, это Сандра. Мы с тобой обедали в вечер несчастного случая. Ты показалась мне такой умной и красивой. И ты снова такой станешь. Я очень хочу быть твоим лучшим другом. Если у тебя возникнут неприятности, я буду рядом с тобой.
— Достаточно, Сандра, — сердито прошептал Дуг.
— Ну, я хочу произнести молитву. — Девушка закрыла глаза и подняла лицо вверх. — Красавица Кейт, пусть ты будешь благословлена и исцелена. Аминь.
Кейт не могла ничего ответить, но все слышала. Когда она погружалась в сон, у нее в сознании промелькнула одна мысль. Бимбо.
Коннели надеялся, что его спутница захочет вернуться к себе в квартиру, чтобы проверить почту, или пообедает с подругами, но она уселась в «Бентли»:
— Мы едем домой, Бернард. Но я заказала столик в ресторане «Сохо Норт», поэтому тебе нужно будет заехать за нами в восемь тридцать. Нашему мальчику необходимо проветриться. У него слишком много забот, это нечестно.
Дуглас уже собрался сказать Сандре, что у него начинается ужасная мигрень и он собирается полежать в темной комнате. Он хотел настоять, чтобы Бернард завез ее домой. Однако мысль о том, чтобы провести вечер в одиночестве, показалась ему не слишком привлекательной. Обед, несколько бокалов хорошего вина в ресторане, где полно знаменитостей, — так, пожалуй, будет лучше.
— Звучит неплохо, — сказал он, стараясь, чтобы его голос прозвучал весело.
Без двадцати шесть зазвонил телефон. Сандра успела приготовить виски для Дуга и яблочный мартини для себя. Она подбежала к телефону, посмотрела на номер и сообщила:
— Джек Уорт.
— Не бери трубку, у меня нет настроения с ним разговаривать.
Десять минут спустя телефон зазвонил снова.
— Номер не определяется, — доложила девушка, подскочив к телефону с бокалом мартини в руках.
— Забудь о нем. Нет, подожди, я возьму трубку. — Неожиданно Дуглас сообразил, кто может ему звонить.
— Резиденция Коннелли, — сказала Сандра голосом, каким, по ее представлению, должны говорить секретарши или экономки.
— Передай трубку Дугу Коннелли, — услышала она низкий злой голос.
— Кто его спрашивает?
— Я же сказал — передай трубку.
Сандра прикрыла трубку рукой:
— Думаю, это какой-то псих. Он не называет своего имени и говорит так, словно его обуревает ярость.
Не зная, чего ожидать, но чувствуя внезапно нахлынувший страх, Дуглас встал и поспешно пересек комнату.
— Дуглас Коннелли, — сказал он, взяв трубку у Сандры.
— Ты знаешь, с кем связался, когда нажал на рубильник?
Дуг узнал голос, но вопрос вызвал у него недоумение.
— Ты думал, тебе сойдет с рук твой глупый трюк, тупой идиот? Ничего не выйдет. Я хочу, чтобы ты перевел четыре миллиона долларов на мой счет к утру пятницы, или ты не доживешь до субботы. Это три с половиной миллиона, которые ты мне должен, плюс проценты за боль и страдания.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь!
— Подумай о нашей последней сделке, может быть, тогда поймешь. Но знаешь, что я скажу? Возможно, тебе потребуется больше времени, чтобы собрать нужную сумму. Поэтому я подожду до понедельника. Однако если это будет так долго, то сумма составит четыре миллиона двести тысяч. Двести тысяч ты заплатишь за то, что заставил меня выглядеть дураком.
Коннелли услышал короткие гудки, положил трубку и стиснул кулаки.
— Дуги, Дуги, что такое? У тебя такой вид, словно ты сейчас упадешь в обморок. Кто это был? Что он сказал? — Сандра оказалась рядом, но ее рука дрогнула, и мартини пролился ему на рукав.
— О господи, — простонал Дуг. — О господи, что мне теперь делать?
