— Нет, — огрызаюсь я, бьюсь об него и отталкиваю его назад. — Я не могу выражаться яснее, но попробую еще один гребаный раз, так что слушай сюда. — Я подхожу ближе, прижимаю острый край расчески к горлу Джастина, заставляя на этот раз замереть его, а не меня. Меня тошнит от мужчин, считающих, что я принадлежу им только потому, что они засунули в меня свой член. Они никогда не имеют права прикасаться ко мне, пока я не разрешу, и они должны это понять, потому что я устала просто принимать это. — Я не хочу трахать тебя, прикасаться к тебе или быть в отношениях с тобой. Я хочу, чтобы ты перестал звонить и писать. Я хочу, чтобы ты оставил меня в покое.
— Тебе ведь понравились цветы, не так ли? — с ухмылкой вмешивается он.
Цветы… Черт, они были от него?
— Они были от тебя? — выдыхаю я. — Джастин…
— Подожди, ты думала, что они от кого-то другого? С кем ты, блядь, трахаешься? — требует он, вжимаясь в расческу, и я задыхаюсь, отдергивая ее, но уже слишком поздно. На шее Джастина, где он случайно порезался, появляется капля крови. Он начинает поддерживать меня, пока говорит. — Лекси, с кем ты, блядь, трахаешься?
— Не твое собачье дело! — кричу я ему в лицо. — Оставь меня в покое, ты, гребаный преследователь! Все кончено. Конец! Ты понимаешь это? Ты был ошибкой с самого начала, а теперь позволь мне жить дальше, или я клянусь…
— Что? — смеется Джастин. — Что ты сделаешь? Проткнешь меня своей маленькой расческой?
Я ухмыляюсь, отказываясь быть запуганной этим засранцем.
— Да, а потом я вышвырну твою задницу отсюда. Оставь меня в покое.
Джастин смотрит на меня, явно обдумывая мои слова. Джастин опускает плечи и вытирает лицо.
— Я просто хотел поговорить…
— Так ты заявляешься ко мне на работу? Тем более пьяный и ломаешь мою собственность? — Я смотрю на свое зеркало. — Молодец, а теперь убирайся к чертовой матери.
Громко вздыхая, Джастин отступает.
— Прости, Лекси, пожалуйста, просто подумай о том, что я сказал? — умоляет он почти с надеждой.
— Ты шутишь? — шиплю я. — Нет, значит «нет», это всегда будет «нет», и это дерьмо — одна из причин, почему.
В этот момент мы слышим шаги девушек, спускающихся по лестнице со сцены. Они останавливаются, когда видят нас. Их смех и голоса обрываются, когда они видят мое выражение лица, разбитое зеркало и Джастина.
— Убирайся, или я надеру тебе задницу, извращенец, — рычит Аллегра, пока другая девушка идет за охраной.
— Убирайся, пока я не выпотрошила тебя, как гребаную пизду, — огрызается Блэр и даже достает откуда-то лезвие.
Еще раз взглянув на меня, Джастин исчезает, и я падаю. Они все бросаются ко мне и начинают задавать вопросы.
— Я в порядке, клянусь, я в порядке.
Я вздыхаю.
Появляется охрана, и я заверяю их, что со мной все в порядке, но прошу их больше не впускать Джастина. Вытерев лицо, я беру свою сумку, и охранники провожают меня до входной двери, чтобы убедиться, что я нормально доберусь до дома. Но как только дверь открывается, вся моя тревога и страх сменяются облегчением и счастьем.
Тайлер.
Когда я вижу Тайлера, ожидающего снаружи, все остальное исчезает. Джастин, ужас, ничто другое не имеет значения, кроме него. Я бросаюсь в его объятия, и Тайлер обхватывает меня руками, а затем отстраняется и крепко целует меня.
Я знаю, что должна сказать ему, но это может подождать дольше. Сейчас я просто хочу быть со своим мужчиной.
Он гладит меня по щекам и ухмыляется.
— Я тут подумал, в субботу у меня дома будет семейный обед, пойдем?
— Но…
Тай пожирает мои губы и предупреждающе сужает глаза, заставляя меня дрожать.
— Ты не должна говорить, что ты со мной. Джастина там не будет, но они все любят тебя, так что они даже не будут сомневаться… Ну же, Ангел, пожалуйста? Сделаешь это терпимым? — умоляет он.
— Может, ты хотя бы пообещаешь пощупать меня под столом?
Я ворчу, не в силах отказать ему.
— Я сделаю тебе лучше: буду трахать тебя, пока они внизу едят, — дразнит он, ухмыляясь. Я наклоняюсь и целую Тайлера.
— Хорошо, но ты должен мне оргазм за то, что мне приходится терпеть постоянные вопросы Фло о детях.
— Договорились, — пробормотал Тайлер мне в губы. — А теперь давай отвезем тебя домой, чтобы я мог сорвать с тебя одежду и приступить к оргазмам.
Но на задворках сознания зарождается чувство вины. Я должна рассказать ему о Джастине… Поймет ли он меня?
Лежа в объятиях Тайлера позже той ночью, я наконец рассказала ему.
— Тайлер?
— Хм, Ангел? — пробормотал он, притягивая меня ближе.
— Джастин появился сегодня на моей работе. — Я чувствую, как он поднимает голову и смотрит на меня, поэтому я приподнимаю брови. — Он был пьян, кричал, что я должна к нему вернуться. Он даже пробрался в примерочные и загнал меня в угол. Он разбил мое зеркало и угрожал мне… Джастин напугал меня.
Тайлер чертыхается.
— Ты серьезно?
Я киваю.
— Я не хотела тебе говорить, я просто… — Я вздохнула. — Джастин действительно напугал меня. Он ушел до прихода охраны, но мне пришлось пригрозить ему расческой. Он не хотел принимать отказ и даже пытался…
Я колеблюсь.
— Что? — требует Тайлер.
