Небольшой караван судов, от которого зависит жизнь в целом секторе, возвращается домой. Осталось совсем немного. Вот только немного, иногда больше, чем жизнь. конкурсный рассказ "проект особого назначения".
Система K-413, окраина восьмого сектора
Долгий перелёт каравана снабжения, в охранении далеко не нового сторожевика СКР-45 «Туман», подходил к концу. После прыжка в систему К-413 огромные туши транспортов выровняли строй и начали медленный разгон. До дома оставалось совсем немного, пара гиперпереходов и максимум трое суток пути, и это вызывало сдержанную радость у экипажей и всё возрастающую тревогу у командира «Тумана» капитан-лейтенанта Трусова.
Здесь, в этой безлюдной, и в общем-то, никому не нужной системе, с парочкой непригодных для жизни планет и астероидным поясом, их должно было встретить патрульное звено корветов федерации и сопроводить до дома. Вот только на посланный двадцать минут назад сигнал запроса идентификации ответа не было, и радары дальнего радиуса действия не регистрировали присутствия каких бы то ни было кораблей.
Конвой ПИ-21, что сопровождал сторожевик, был не совсем обычным, и оттого ещё более ценным. Внезапно разразившаяся эпидемия давно забытой зелёной гнили застала агрономов сектора врасплох. Болезнь выкашивала все злаки подчистую, спелые колосья за считаные дни покрывались отвратительно пахнувшей зелёной жижей и после этого не годились на корм даже скоту. Перед населением сектора забрезжил призрак голода, решение нужно было принимать как можно скорее. Единственное спасение было в своевременной обработке полей Тореотином, который в достаточном количестве был только у соседей на Большом Бертолле. Собранный конвой снабжения выпихнули в космос всего за неделю, рекордный для управления гражданских перевозок срок. К пятёрке пузатых, неповоротливых транспортных судов, флот добавил корабль сопровождения, и долгий путь за спасением от голода был начат.
Полёт на Большой Бертолл, на удивление прошёл без приключений. Да, пару раз появлялись подозрительные лоханки, что, увидев сторожевик, быстро исчезали, обычно даже не утруждая себя отвечать на язвительные пожелания доброго пути. Потом был полёт обратно, с драгоценным грузом, и вот они почти дома. Месяц пути позади, осталось совсем чуть — чуть. Капитан — лейтенанту вспомнился старый контр-адмирал Левшиц, начальник секции снабжения в штабе флота, настаивавший на усилении сопровождения, но ухудшение политической обстановки тогда не позволило это сделать. Один сторожевик посчитали достаточной защитой. Последнее, что смог сделать контр — адмирал, это зарезервировать звено корветов на последний участок пути. «Запомни, сынок, волки приходят перед рассветом, когда все уже хотят спать. Не расслабляйтесь, каким бы космос ни казался безопасным, только не расслабляйтесь» — сказал тогда седой штабист молодому командиру сторожевика, и от его слов повеяло опасностью и застарелой болью.
Вспоминая совет старого адмирала, Трусов невольно повёл затёкшими за три часа вахты плечами и скомандовал: — Секция обнаружения, подготовить поисковые зонды для поиска патруля, один, пусть обшарит астероидный пояс, ещё тройку отправить по схеме сканирования — расходящийся веер.
Оператор систем обнаружения, мичман Хельга Питерс, высокая, стройная блондинка с волосами цвета выгоревшей на солнце соломы, и большими зелёными глазищами, недавно выпустившаяся из академии Нового Дрездена, с недоумением посмотрела на командира, а её руки тем временем уже порхали над пультом. Спустя десяток минут она закончила прокладку поисковых маршрутов зондов и, отправляя их в великую пустоту, с улыбкой доложила: — Сделано, командир, зонды отправлены, ориентировочное время поиска не более часа.
Ни в какую опасность, так близко от дома, она не верила, и на недоумённый взгляд подруги, оператора систем противоракетной обороны Евы Комольской, маленькой, худой девочки со смешными косичками, только скорчила страшную рожу. После чего обе тихонько прыснули со смеху.
Просмеявшись, Ева украдкой взглянула на командира и поразилась его сосредоточенности и взгляду в никуда, сквозь экраны мостика, в черноту космоса. Интересно, о чём он думает? Неужели и правда считает, что на них могут напасть?
«Объявлять боевую тревогу рано. Пока нет причин. Но и от корветов ответа нет. Почему? Решили устроить тренировку? Может быть. А если нет? Ведь могли же их отозвать? Могли. В любом случае нужно быть готовым ко всему. Нам бы только восемь часов, чтобы успеть набрать скорость гипера и тогда нам никто не страшен» — тревожные мысли завладели капитан-лейтенантом. По пальцам пробежало покалывание, как будто это было игрой с полным погружением, и Трусов дорого бы дал за то, чтобы это оказалось правдой.
