Изменим немного высказывание, над которым идёт работа: «Необходимо, что существуют несчастные люди» «Необходимо, что существуют неудовлетворённые желания». О желании говорится так: представление, которое стремится быть причиной существования своего предмета. Если предполагается, что счастье – это действительное состояние мира, тогда не должно быть никакого противоречия между естественными законами и желаниями, т.е. каждое представление, стремящееся быть причиной существования своего предмета, действительно может стать причиной. Это значило бы, что должны быть исполнимыми и те желания, которые представляют что-то невозможное, предмет которых содержит противоречивые свойства или несовместимые с естественными законами (начиная с самого простого желания ходить по воде или воздуху и вплоть до воспламеняющего взгляда). Нетрудно увидеть, что это снова разрушило бы природу.
Утверждение можно было бы изменить теперь так: «Необходимо, что несчастны те люди, которые желают невозможного». Это, однако, совсем не означает, что люди с необходимостью бывают, несчастны, поскольку дисциплина, свойственная рассудку, может быть сообщена и нашим желаниям тоже: разве мы не можем просто исключить невозможные желания, отказаться от противоречивых представлений и радоваться только возможным? Пусть это не говорится здесь прямо, но следует увидеть, что доступное рассудку разделение, основанное на законе противоречия в определении предмета – не может применяться к определению желания. Если бы это было так, то мы могли бы заранее, ещё до столкновения с предметом своего желания, получить знание о том, соответствует ли он желанию или нет, удовлетворит он желание или нет. Это значило бы, что есть некая необходимая связь между желанием и его предметом, что, пускай с оговорками, каждому желанию можно поставить в соответствие определённый и один единственный предмет или круг предметов. Но это невозможно! потому что тогда или окажется вновь нарушенной связь законов природы, прерванных нашим субъективным требованием, или потеряет смысл само наше требование. Мы не можем однозначно определить желание как что-то естественное или сверхъестественное и как что-то объективное или субъективное.
Итак, не остаётся других вариантов, – чтобы сохранить значимость законов природы, не сделать её марионеткой в наших или божественных руках, и в то же время не стать самой марионеткой природы или Бога, – душе придётся произнести свои слова так: «Необходимо, что существуют несчастные люди». Странным образом, они приносят с собой максимум свободы для всего, о чём есть хоть какие-то знания.
Интересно, что заставляет очень и очень многих людей предаваться унынию из-за малейших жизненных неурядиц? Почему всех так заботит важность тихой, спокойной и НИЧЕМ НЕ ПРИМЕЧАТЕЛЬНОЙ жизни? Мне в голову пришла несколько странная, но вроде бы логичная мысль: людям, когда они появлялись на свет, никто не обещал счастья и бесконечного благоденствия. И если задуматься, то эти установки на "счастье" и "состоятельность" имеют под собой социальную природу, т.е. по факту это навязанные окружением представления о том, как должно быть. А из безукоризненного следования правилам – чужим, придуманным не нами – не может выйти ничего хорошего. Просто потому, что из шаблона невозможно создать новые формы, а в психологическом поле, в котором царит полный комфорт, не родится кризис, мотивирующий на нестандартное, а иногда и принципиально новое решение проблем. Странно, что трудности воспринимаются именно как препятствие на пути, а не как его часть. Если посмотреть на биографии известных, деятельных людей, то окажется, что более чем половина из них в разное время переживала серьезные, порой даже травмирующие потрясения и лишения. И наоборот: люди, в целом довольные своим положением и обстановкой вокруг, как правило, меньше всего хотят созидать или ставить перед собой серьезные цели, отстоящие выше от мещанско-потребительских нужд. Потому что любви, состраданию, довольству и стремлению к спокойствию чужда та агрессивность, которая толкает вперед, как ничто другое. У человека, терзаемого негативными эмоциями и чувствами – страхом, завистью, ненавистью и злостью – гораздо больше шансов чего-то добиться, потому что он более вынослив. Тогда как те, кто привык к комфорту и гармонии с социальной средой и окружением, перед трудностями спасуют, поскольку жизнь их не закалила. А нужна ли нам такая жизнь, которая делает нас слабыми и никчемными своей безмятежностью и банальными радостями? Чего в ней хорошего? Стоит ли она того, чтобы стремиться к ней?
Даже счастливый человек может быть никчемным. Даже несчастный может быть великим.
Никогда не забывай о том, что доверять можно только себе. Никогда не сдавайся и помни, что самые верные цели и мечты – те, что придумал ты, не живи по чужим мечтам.
