Николь пятнадцать лет. Она самая обычная девочка, но от всех её отличает то, что её папа – владелец крупнейшей нефтяной компании в городе. Вся её жизнь – сплошные ограничения. Она ходит в частную школу для богатых детей, где у неё нет друзей, одноклассники-зануды её не интересуют, а с девочками с уроков гимнастики и поговорить толком не о чем. Но вдруг, в школе появляется новенький – Нейт, который почему-то проявляет к ней интерес. Конечно, Николь сразу же льстит такое внимание, какое она не получает даже от собственного отца, и она быстро открывается незнакомцу. Но стоит ли?…
Привет, меня зовут Николь. Николь Мендельсон, если быть точной, и да, фамилия играет ключевую роль в моём рассказе. Мне пятнадцать лет, и я обычная девочка, но есть то, что отличает меня от остальных. Мой папа, Даниэль Мендельсон – миллионер и владелец крупнейшей нефтегазовой компании в городе (а может, и во всей стране!).
Моя мама умерла, когда мне было всего два года, поэтому я её почти не помню, но иногда мне её очень не хватает. Сколько я ни расспрашивала папу о ней – он всегда нехотя отвечал, поэтому всё, что я о ней знаю – это то, что у неё такие же, как у меня, русые волосы и светло-серые глаза. Сейчас мы с папой вдвоём живём в большом особняке за городом. Ну, не совсем вдвоём – у нас ещё есть два водителя, охрана и домработница.
Если вы вдруг сейчас думаете, что быть дочерью миллионера, жить в особняке и иметь водителей и охранника – это суперкруто, то вы ошибаетесь. У меня есть всё, но в то же время нет ничего – вот такой вот парадокс. Сейчас поясню. Папа не разрешает мне вести социальные сети под своим именем (а ведь я могла бы быть так популярна…), ездить куда-то одной, но самое главное – ходить в обычную школу. Да, я учусь в частной школе и, как вы уже, наверное, догадались, друзей у меня там нет. Казалось бы, за девять лет учёбы уж можно было найти себе кого-нибудь из друзей, но увы, в частных школах учатся одни зануды, для которых самое важное в жизни – учёба (собственно, поэтому они и тратят такие суммы на это обучение). Папа говорит, что в обычной школе слишком опасно и «кто знает, какие там вообще дети учатся», хотя мне кажется, как раз таки там они самые клёвые…
Ладно, была у меня одна подружка. Аннет. Аннет перешла в нашу школу в пятом классе, и мы с ней вместе оказались на курсах фотографии. У нас была маленькая группа – всего шесть человек, поэтому, когда кружок только открыли и нас повезли на природу практиковаться фотографировать, мы вместе сели в автобусе и так и подружились. Что меня в ней зацепило? Наверное, какое-то её беззаботное отношение к жизни… Она, в отличие от всех других моих одноклассников, не посвящала учёбе всё свое время, а наоборот, наслаждалась жизнью и делала что хотела. Правда, хотела она делать абсолютно всё, кроме школы, поэтому и вылетела в начале седьмого класса. Несмотря на то что Аннет ушла из школы, мы продолжали с ней созваниваться, она рассказывала мне, чем она занимается, на какие вечеринки ходит, с какими парнями тусуется… Но постепенно наши разговоры начали перерастать в её нескончаемые монологи. Один раз я просто не взяла трубку – так и закончилась наша дружба.
Короче, как вы поняли, вся моя жизнь сводится к одному: вокруг одни опасности. Ежу понятно, что так все родители говорят, но в моём случае есть ещё и всякие там риски кражи, шантажа и всякой прочей фигни, которые мне объяснял папа ещё в семь и которые я тогда не очень поняла. В общем, я просто решила смириться со своим положением. Хотя сейчас, конечно, трудно без друзей. Зато у меня есть Дони.
Дони – начальник папиной охраны. Так как он – начальник, а не сопровождающая охрана, то и начальствует он тоже дома, что позволяет мне постоянно зависать с ним. Дони высокий, как и подобает охраннику, с широкими плечами и 49-м размером ноги. Кстати, смешное у него не только имя, но и форма – синяя кепочка пилота с жёлтой надписью security leader и жилетка с миллионами кармашков. Кто её только такую придумал?! А, ну и, естественно, Дони зовут не Дони, а Дональд, это только я его так называю, за что он сначала на меня злился, но потом всё же смирился. Он вообще любит поворчать, например, когда я его обыграла в карты три раза подряд или когда случайно сломала его рацию… Он часто показывает мне фотографии своей дочки. Ей всего пять, но чертами она уже напоминает отца, меня это почему-то так умиляет… да и Дони, судя по выражению его лица, тоже – он ведь так редко видится с семьёй… В общем-то, как и я, поэтому можно сказать, что мы с ним друзья по несчастью. Но вот при отце он совсем другой – лицо камнем, руки по швам, из слов только: «Да, мистер Мендельсон», «Нет, мистер Мендельсон». Один раз, когда мне было лет десять, я как-то случайно проникла в папин кабинет попросить Дони, по-моему, достать что-то с верхней полки, когда они о чём-то разговаривали с отцом, и тогда папа бросил мне: «Ник, я себе Дональда в охрану нанимал, а не тебе в няньки – будь уже самостоятельней!» Помню, я тогда очень сильно обиделась – и на папу, и на Дони, но для себя уяснила, что лучше к ним за работой не подходить.
