Сандра с детства хотела стать «клинком» – воином, которые защищают людей от монстров, проникающих на Землю через иное измерение. Но сначала ей нужно найти пару – они необходимы всем «клинкам», чтобы вывести их из боя. Но всё переворачивается в одну секунду: Сандру лишают оружия, статуса и будущего. И она не понимает почему.
Сандра должна была заподозрить неладное, когда её усадили в специальное кресло и три металлических кольца защёлкнулись на плече, чуть ниже локтя и на запястье. Должна была, но не заподозрила… Она настолько доверяла этим людям, что даже подумать не могла, что они могут причинить ей вред.
Даже после того, как доктор и медсестра зафиксировали правую руку, Сандра могла действовать левой, могла оттолкнуть их ногами, могла кусаться и, в конце концов, могла активировать оружие. Но она верила им… Верила, что это просто осмотр на новом оборудовании, и не попыталась освободиться, когда ещё было возможно.
Она знала, как выглядит боевой нейроблокатор – здоровая пушка с дальностью стрельбы в триста метров. Такого маленького, какой появился в руках доктора, она не видела никогда. Но когда доктор Абиола потянулся им к её приводу, она поняла, или почувствовала, или
Это не был рядовой осмотр. Доктор Абиола смотрел на неё с опаской и с… жалостью.
С чего ему жалеть Сандру? Он видит её впервые в жизни. Она для него не человек, не Сандра Ривера двадцати лет, а живое оружие. Только её способность уничтожать монстров имеет ценность. Только это он и может пожалеть.
И в этот момент Сандра поняла, что он собирается сделать и что в его руках.
– Нет! – крикнула она. – Убери это! Не под…
Но доктор уже коснулся тонкой металлической полоски, тянувшейся вдоль плеча Сандры.
Её пронзила страшная боль. Началась в руке и прокатилась по всему телу, взорвавшись потом в голове. Что-то похожее Сандра испытывала, когда пять лет назад ей устанавливали привод. Но сейчас боль прекратилась очень быстро. Это было одно ужасающее и ослепительное мгновение, а потом всё стихло.
Сандра не чувствовала ничего. Как будто руки больше не было. Не было оружия.
Как она могла так глупо попасться?! Они заблокировали её… Выжгли синапсы, разрушили связь между ней и оружием, которую она нарабатывала годами.
Сандра хотела спросить, почему, зачем, но не могла – тело не слушалось, язык онемел.
Боже, зачем, зачем? В неё было вложено столько сил, денег и ресурсов. Она была величайшей ценностью их мира – тех остатков, что ещё держались на плаву, – и они вот так просто уничтожили её?
Что с ними было не так? Что с ней было не так?
Почему? Почему? Почему?
Это доктор Эйлер отправила её сюда. Сочинила ту дурацкую историю про новое оборудование, а она ей поверила. Ещё и радовалась – наконец-то окажется на настоящей базе!
Доктор Эйлер. Вот кто виноват…
Мысли разбегались, в голове всё гудело после нейрошока. Сандра повторяла про себя имя доктора Эйлер, но минуту спустя не могла понять, зачем.
Думай, думай, думай! Доктор Эйлер. Почему ты вспомнила о ней?
Да, это она! Именно доктор Эйлер отправила её на главную базу. Сандра давно не обращалась к врачам, только в тот раз из-за странного отпечатка. Неужели дело в нём?
Доктор Эйлер сказала, что волноваться не о чем, но она обманула.
Сандра издала слабый сдавленный вой. Отчаянный вой животного, попавшего в западню.
Но почему? Почему? Что с ней не так?
***
Странный след появился у неё на теле шестого октября. Сандра запомнила дату, потому что в тот день погиб Хэ Дун.
Они знали, что открылась очередная червоточина, но так как со связью в их глухомани было плохо, то без подробностей: знали, какой квадрат атакован и что страйдер был уничтожен через сорок минут после появления. Атаки происходили часто и примерно в четверти случаев кто-то из защитников погибал; но обычно это были незнакомые имена. А Хэ Дун когда-то тренировался на их базе…
Он не был Сандре другом; они и разговаривали-то несколько раз, потому что разница в возрасте была слишком большой: Хэ Дун был лет на десять старше. У каждого из них была своя компания, свои инструкторы, жили они в разных блоках.
Потом Сандре сказали отправляться на тренажёр. Она была недовольна, потому что занималась на тренажёре до обеда, а после рассчитывала если не на отработку приёмов с активированным оружием, то хотя бы на спарринг с кем-то из ребят. Но приказы командира не обсуждались.
На тренажёре её оператором оказался Щелкунчик, и Сандра помнила не только это, но даже то, сколько баллов она набрала в каждой симуляции. Шестьдесят восемь в бою со страйдером типа МD9 – он выглядел как огромная медуза. Девять сильных щупалец, каждое из которых имело свои отростки. В симуляции щупальца были примерно по пять метров длиной, но Щелкунчик говорил, что программа давно не обновлялась (как всегда, не хватало ресурсов), и в последних атаках MD9 были ещё больше, хотя иногда, наоборот, появлялись поменьше, но очень быстрые. Ещё он сказал, что шестьдесят восемь против MD9 – это второе место в рейтинге за всё время существования базы. Больше, семьдесят и одну десятую, заработал только Алексей Флеминг. Когда-то он тоже тренировался здесь, потом сражался на северном рубеже, оказался парализованным ниже пояса из-за травмы, а теперь стал тактиком Флемингом.
