На тренажёре её оператором оказался Щелкунчик, и Сандра помнила не только это, но даже то, сколько баллов она набрала в каждой симуляции. Шестьдесят восемь в бою со страйдером типа МD9 – он выглядел как огромная медуза. Девять сильных щупалец, каждое из которых имело свои отростки. В симуляции щупальца были примерно по пять метров длиной, но Щелкунчик говорил, что программа давно не обновлялась (как всегда, не хватало ресурсов), и в последних атаках MD9 были ещё больше, хотя иногда, наоборот, появлялись поменьше, но очень быстрые. Ещё он сказал, что шестьдесят восемь против MD9 – это второе место в рейтинге за всё время существования базы. Больше, семьдесят и одну десятую, заработал только Алексей Флеминг. Когда-то он тоже тренировался здесь, потом сражался на северном рубеже, оказался парализованным ниже пояса из-за травмы, а теперь стал тактиком Флемингом.
После тренировки Сандра пошла в душ и уже там заметила красно-лиловый след на теле. Он шёл от грудины наискось вниз и заканчивался на левом боку чуть ниже талии. Шириной он был пальца в три и хотя и напоминал на вид кровоподтёк, на самом деле был просто изменением цвета кожи, без припухлости или отёка. Надавливать тоже было не больно. Сандра была абсолютно уверена, что несколько часов назад, когда она надевала тренировочный костюм, этой отметины не было.
Она не сразу пошла в медицинский блок: любая мелочь могла стать причиной отстранения от занятий, а может, и чего похуже. За их состоянием следили тщательно: во-первых, «клинки» были невероятно важны, и возможные болезни надо было пресекать в зародыше, во-вторых, любые нарушения здоровья у людей, владеющих таким оружием, становились очень опасны. И самое последнее: все «клинки» были носителями особой мутации, а это значило, что высока была вероятность каких-либо других отклонений помимо способности ощущать иные измерения.
К вечеру странное пятно не исчезло, и Сандра отправилась к доктору Эйлер. Та осмотрела след и задумчиво сказала, что это точно не кровоподтёк – словно Сандра сама не знала. Снимок она делать не стала. Сканеры, которые сейчас нигде не производились, ценили не меньше «клинков» и пользовались ими только в случае крайней необходимости, так что доктор Эйлер сказала, что пока просто понаблюдает.
Утром пятно слегка побледнело, и доктор Эйлер опять ничего не сказала. Зато после обеда Сандре сообщили, что она вместе с тремя другими «клинками» получила назначение и отправится на базу в Золинген.
Такое путешествие в шутку называли «паломничеством». Все, кто заканчивал обучение, проходили его. Цель была не только прибыть на ту военную базу, куда они были назначены, сколько найти свою боевую пару – «гарду», охранителя.
Если «клинков» находили на основании тестов, то «гарду» обнаружить таким образом было невозможно, или просто такие тексты ещё не придумали. Но «клинки» их чувствовали, кто-то лучше, кто-то хуже. Были случаи, когда они замечали своего человека в многотысячной толпе. Как бы то ни было, пока не придумали лучшего способа найти «гарду», кроме как ехать через десятки городов и смотреть.
В такую поездку «клинки» отправлялись сразу после окончания обучения, когда их признавали годными к настоящей работе, потому что выйти против страйдера без «гарды» они не могли.
Сандра последние полгода постоянно заговаривала с начальством о том, что ей тоже пора. Но она была самой юной здесь и к тому же девушкой – а их среди «клинков» было мало, – и ей раз за разом отказывали, говорили, что нужны ещё тренировки, хотя показатели у неё и так уже были самыми высокими.
Когда ей ни с того ни с сего вдруг сказали ехать в Золинген, она должна была задуматься – а почему вдруг? Почему так долго было нельзя и вдруг стало можно? Но она была слишком рада, слишком возбуждена, слишком взволнована…
Она и подумать не могла, что её ждёт ловушка. Она никогда не слышала, чтобы «клинка» блокировали просто так.
Их блокировали на поле боя, когда невозможно было остановить: когда они начинали убивать своих же и разрушать мосты, здания, целые кварталы, – а потом просто «сгорали», не в силах справиться с теми силами, что бушевали внутри них. Но чтобы блокировать вот так – в кабинете врача, без всякой причины, – о таком Сандра никогда не слышала и поэтому даже предположить не могла, что движется в западню.
Путешествие ей не понравилось. Она восемь лет прожила, практически не выходя за пределы тренировочного комплекса, и успела забыть, как страшен, уродлив и убог был мир снаружи. Когда-то она сама жила среди таких же руин, каждое утро просыпаясь с мыслью о том, удастся ли раздобыть еду и сколько… Но детские воспоминания постепенно стирались, и увидеть их болезненно яркими сейчас оказалось тяжело.
