Парадокс о европейце полностью

– Но согласись, невозможно жить в этой ужасной варварской стране. Это, наконец, просто опасно.

Томми опять засмеялся – вовсе не к месту. Кажется, он начисто забыл, как еще совсем недавно восхищался русскими.

– А мы – мы ведь скоро увидимся, Джозеф? Ты ведь американец, ты тоже здесь долго не протянешь и тоже вернешься в Штаты?

– Конечно, – соглашался Иозеф. – Само собой разумеется…

И сам в это почти верил.

1) Трудно сказать, осознанно ли рассказчик почти дословно цитирует строки из стихотворения Михаила Кузмина 1919 года Ангел благовествующий.

2) Идея общего спасения всегда и везде предполагала всеобщее преображение. Тоталитарные режимы в СССР начинали с рельефа, водного баланса, выведения сортов невиданно плодоносных растений, освоения бесплодных земель, мечтали повернуть реки, изменить климат и разбить на Марсе яблоневый сад. Но, прежде всего, тоталитаризм начинал с человека, природу которого предстояло переделать. Так, уже к концу 20-х словосочетание новый советский человек затерлось. Важно и еще одно: наряду с культом вождя провозглашался близкий конец истории: в начале 60-х было официально объявлено, что нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме. А коммунизм – высшая стадия, и коли так, за ней история обрывается. При этом важна атмосфера вечного праздника: и станут будни трудовые веселым праздником для нас, пели в СССР. При нынешнем режиме, во многом копирующем советский, по числу нерабочих праздничных дней Россия занимает первое место в мире.

3) С тех пор как Россию постигла относительная грамотность, стали писать все, друг другу и порознь, причем зачастую без всякой профессиональной на то необходимости. Сочиняли люди, чьи основные занятия были далеки от артистических: протопоп Аввакум и патриарх Никон, царь Иван и боярин Курбский, императрица Екатерина и масон Новиков. Писали жандармы, губернаторы, дипломаты, народники, узники казематов. Не отставали и большевики: чудный грузин баловался стишками, Ленин в анкете указал профессия – литератор, плодовит по части словесности был Троцкий, сочинял драмы Луначарский. Батька Махно тоже писал прозу и стихи:

Написано это в 21-м году по пересечении румынской границы, и адресовано, кажется, как раз бывшим союзникам-большевикам. Возможно, отчасти именно привычка к письменному изложению стала в СССР причиной повального доносительства; недаром именно при советской власти возник фразеологизм писать доносы, в царской России употребляли глагол делать.

4) Во время Гражданской войны партийцы тесно жили в Кремле. Там в особой комнате стояло ведро экспроприированных бриллиантов на нужды мировой революции. Еще до смерти Ленина драгоценности бесследно исчезли. В начале 20-х головка большевиков уже расселилась по дворянским подмосковным усадьбам. Каменеву, скажем, досталась вотчина в Братцеве с барским домом постройки Воронихина. Не обделили себя и другие соратники. Даже после войны Берия помимо морозовского особняка на Спиридоньевке забрал себе старинную барскую усадьбу в Красной Пахре, откуда выселили госпиталь для военных летчиков. Совсем в гоголевском, маниловском духе Нарком заплечных дел распорядился связать берег и рукотворный остров на пруду уменьшенной копией Крымского моста.

5) Ленин не верил в свою удачу и после Октябрьского переворота ждал близкой гибели большевиков. В одном культурологическом трактате приводится такой пример: на месте снесенных царских памятников в 18 году было велено наскоро ставить изваяния революционерам всех мастей, начиная с Робеспьера, из крашеной фанеры – с переплавкой боялись не успеть.