— Я пыталась дозвониться до вас, чтобы сообщить о своем приходе, — сказала она, — но вы не ответили.
— Вчера вечером у нас с мсье Штерном состоялся телефонный разговор, и он предупредил меня, что произошла утечка насчет книги и, возможно, кто-нибудь попытается заставить меня передумать. Он посоветовал мне не отвечать на звонки и не открывать никому дверь.
— Тем не менее вы открыли… — улыбнулась Валентина.
Казалось, Мари Жервекс немного успокоилась. Ее исхудавшее лицо оживилось, в чертах проступила природная твердость.
— Мсье Штерн говорил, что свяжется с вами, — солгала Валентина. — Он всегда беспокоится о людях, с которыми имеет дело.
— Да, он очень предупредителен.
Мари Жервекс первой вышла на улицу, и женщины рука об руку зашагали по тротуару в направлении бара.
— Значит, переезжаете? — спросила Валентина.
Мари Жервекс кивнула своей маленькой головкой птенчика.
— Наконец-то у меня появилась возможность покинуть этот проклятый квартал. Скучать по нему не буду, это уж точно.
— Где собираетесь поселиться?
Мари Жервекс уклонилась от ответа, неопределенно пожав плечами.
— Двадцать лет я ждала этого часа, — продолжала она. — И все благодаря какой-то старой книжке! Можете себе представить?
— Ваш дед обладал тонким нюхом.
— Он знал, что это ценная рукопись. Часто мне повторял это.
— Он говорил, почему так в этом уверен?
— Рассказывал одну старую легенду про какого-то монаха или что-то в этом роде. Я всегда полагала, что он несет ерунду. В конце, когда его отправили в дом престарелых, он в самом деле был уже не в своем уме. Тем не менее я отнесла рукопись на экспертизу. Конечно, это стоило мне денег, но, можно сказать, затраты окупились с лихвой!
— Вы обращались к Элен Вайан, я знаю. Сегодня утром, прямо перед приходом к вам, я с ней разговаривала.
Услышав имя исследовательницы, Мари Жервекс остановилась, как вкопанная, и впилась в Валентину пристальным взглядом.
— Так вы знаете про эти знаки?
— Да, мне известно, что вы попросили их удалить.
Охваченная смятением, Мари Жервекс задрожала с ног до головы и нервно вцепилась в рукав жилета.
— Вы хотите аннулировать сделку, так ведь?
Валентина поспешила ее успокоить.
— Нет, я здесь не для этого. Мсье Штерн желает сохранить рукопись, даже несмотря на то, что вы солгали.
— Зачем же вы тогда пришли?
— Мне известно, что вам поступало предложение и от другого покупателя. Мне нужно знать, кто он.
— Разве мсье Штерн вам не говорил?
Валентина уже хотела сочинить новую ложь, но передумала. Ее переполняло чувство жалости к этой женщине. Казалось, Мари Жервекс может в любой момент разбиться, как выскользнувший из рук и разлетевшийся на десятки осколков стакан.
— Послушайте, — ответила Валентина, — давайте присядем, и я вам все объясню. Вам следует знать кое-что об этой рукописи и о мсье Штерне.
Бар находился напротив, на другой стороне улицы. Женщины ступили на пешеходный переход.
Внезапно, громко взревев, из-за угла выскочил грузовик и на всей скорости понесся на них. Валентина едва успела сделать шаг назад.
Ее спутнице не хватило реакции. От чудовищного удара, который пришелся в область талии, Мари Жервекс взмыла в воздух, отскочила, словно мячик, от ветрового стекла и, перелетев через грузовик, с глухим звуком упала на асфальт.
Валентина сначала даже не поняла, что случилось: перед глазами стояли удаляющийся грузовик цвета черный «металлик» да алая лужица, расплывавшаяся из-под неподвижного тела Мари Жервекс.
Последняя лежала в нескольких метрах от нее, посреди улицы. Взгляд Валентины задержался на странной позе пострадавшей. Худосочная в залитом кровью платьице в цветочек, она напоминала куклу, изуродованную и брошенную избалованным, капризным ребенком.
Отчаянный скрежет шин отвлек Валентину от ее мыслей. Грузовик развернулся прямо посреди перекрестка. За продавленным ветровым стеклом промелькнуло лицо водителя, который переключил передачу и резко ударил по газу. Задние колеса грузовика взвизгнули и, разбрасывая частицы жженой резины, бросили тяжелую машину вперед.
Валентина тотчас же поняла его намерения. Она попыталась убежать, но ничего не вышло: посылаемые мозгом приказы как будто не доходили до мышц. Парализованная страхом, она не могла сдвинуться с места. Ноги словно приклеились к асфальту.
Внезапно позади нее, совсем рядом, раздался скрип тормозов. Обернувшись, Валентина увидела скутер, остановившийся в каком-то полуметре от ее туфель.
— Садитесь! — донесся до нее голос водителя, искаженный козырьком защитного шлема.
Валентина даже не шелохнулась.
— Садитесь же, чтоб вас…
Грубое ругательство вырвало ее из шока. Она вдруг ощутила, что тело освободилось от сжавших его тисков, и, словно во сне, запрыгнула на заднее сиденье мотороллера и прижалась к водителю.
Скутер стремительно сорвался с места, устремившись прямо на грузовик. Валентина закрыла глаза и крепко обхватила незнакомца.
Хьюго Вермеер ожидал подобного визита, но не так скоро.
