Вся деревня располагалась в низине, будто бы в огромном овраге, поросшем мелкой фиолетовой травкой. На окраине журчал водопад — вода падала со склона и исчезала где-то между домиками, уходя куда-то по оврагу ещё ниже, в темноту розового леса.
Едва воины ввели нас в деревню, как тут же показались жители. Эти не были одеты в доспехи, некоторые вообще ходили голышом, прикрываясь лишь густым оперением.
— Слышь, а почему у наших нет крыльев? — спросил меня Груздь, показав на некоторых Желтокрылых, которые выходили из-за домов, зевая и потягиваясь. При этом они раскрывали свои довольно большие крылья, правда, с изрядно помятыми редкими перьями.
— Следи за своим ртом, беспёрая жаба! — рявкнула Оструша Бритвуша на чистом русском, — Ты что, имеешь в виду, что мы обрубки⁈
Она вела нас сзади, и её копьё ни на секунду не отставало от лопаток Груздя. А сейчас так вообще уткнула его, отчего Груздья зашипел от боли.
— Эй, цыпа, так ты нас понимаешь⁈ — морщась от боли, возмутился Понт, — Да я просто ж не увидел крыльев, вот и спросил! Сразу бы показали.
— Потому что, ошибка земной эволюции, в бою они могут помешать, — спокойно ответил Небохват Стремглав, и тоже на нашем языке.
— Но почему сразу не говорили с нами? — спросил уже я.
— Один раз мы уже доверились игрокам. Больше мы обещали таких ошибок не повторять. И если бы ты, Саня Архар, не заговорил на языке предтеч, вы бы сейчас уже отправились на алтарь воскрешения.
— Да осторожнее ты, цыпа! — Груздь снова ойкнул, когда копьё-перо опять ткнуло его под лопатку.
— Ты кого цыпой назвал, а, бесклювая рожа⁈ Кто тут обрубок⁈
— Эй, детка, ты бы остыла! — зло бросила Цикада, — А то как бы пёрышки-то не повыщипывали.
Оструша Бритвуша изумлённо глянула на землянку, посмевшую открыть рот, и её копьё через мгновение метнулось в сторону Цикады, собираясь просто её проколоть.
Мистерика уже хапанула воздуха, чтобы приложить желтокрылую, но я успел её остановить… Эээ, точнее, мы с Небохватом.
Я закрыл Цикаде рот ладонью, оттаскивая её назад, а глава отряда перехватил копьё Оструши, и оно застыло в его руке, словно в тисках.
— Юное крыло, ты обещала мне, что не будешь устраивать истерики! — грозно рявкнул Небохват.
Груздь, кстати, тоже перехватил Цикаду за руки, помня, что Мистерика в гневе может наделать глупостей. И я, перехватив её взгляд, хмуро покачал головой — не для того мы сюда шли, чтобы всё похерить из-за банальной глупости.
Мистерика, закрыв глаза и медленно выдохнув, перестала дёргаться, и мы отпустили её. А Бритвуша, испепеляя взглядом Цикаду, всё пыталась пересилить руку командира… И по взгляду Небохвата я вдруг понял, что тут уже страдает лидерская гордость — мой воин беспрекословно меня послушался, а в отряде желтокрылых явный разлад и никакой субординации.
Поэтому Небохват, мощно встряхнув копьё с прицепившейся Острушей, притянул её к себе и прошипел с плохо скрываемой злостью:
— Один оборот галактики будешь пинг под Катящейся Горой собирать!
Наказание явно было страшным, потому что желтокрылая, округлив глаза от ужаса, тут же отпустила копьё. И что-то просвистела на своём, желтокрыльем… Переводчик тут особо и не был нужен, явно умоляла простить её и отменить наказание.
— Разговор окончен! — ответил Стремглав и бросил девушке её копьё обратно, — Приступить!
Та что-то просвистела сначала обиженно, а потом грозно и мстительно, подняв копьё и указав сначала на Цикаду, потом на Груздя…
— Два, — тут же добавил Небохват, — оборота галактики!
Наконец, до Оструши Бритвуши дошло, что все её беды она себе сама зарабатывает. Приняв каменное выражение лица, она упёрла копьё в пол, коротко поклонилась командиру и, что-то дежурно прощебетав, повернулась и удалилась.
— А что за Катящаяся Гора? — шёпотом спросил обеспокоенный Груздь, — Надеюсь, с ней всё будет в порядке?
— Ты чего, о цыпе беспокоишься, дрищ⁈ — вдруг прошипела Цикада.
Понт тут же застыл, понимая, что ходит по краю лезвия.
— Твоё беспокойство похвально, бескрылый землянин, — ответил Небохват, — Но там нет совершенно ничего опасного. Просто это долго, скучно и… хм-м-м… иногда унизительно.
Нас повели к центральной площади, где располагался самый большой дом-гнездо. Там, судя по всему, и жил вождь…
Вопрос с крыльями, кстати, всё же решился. Оказалось, что воины просто складывают их под доспехи, оборачивая вокруг тела.
Наш конвой, едва оказался в деревне, стал облегчённо стягивать кольчуги и литые нагрудники, и тут же распрямлять явно затёкшие крылья. Перья у них, наверное, были шикарными, но сейчас выглядели просто жалко — помятые, скрюченные, погнутые и едва ли не поломанные.
Любопытная Аида всё же набралась смелости и спросила у Небохвата, испуганно глядя на его крылья, которые выглядели, как после химической завивки:
— А разве вам не больно? Это же, наверное, не исправить… Но я могу попробовать.
— Мне лестна твоя забота, но крылья расправятся. Впрочем, они всё равно почти непригодны для полёта, хотя мы иногда устраиваем соревнования, кто дольше на них пролетит.
