Вот и получалось, что вылезал в коридор только один заинтересованный Магмоплюй — остальные, видимо, не верили ему, что он что-то видел, и монстр упрямо пытался это доказать.
И получал в коридоре по морде… То плевок паутиной, то разряд электро-льда, то сразу боевой шипастой булавой.
Я заметил, что Шугабою нравилось биться с толпой — он явно постиг дзен танкования, когда бронированный рыцарь получает искреннее удовольствие от ощущения, что с ним не может справиться такая орава монстров.
Но всё же я предпочитал не рисковать, зная главный закон фарма — тише едешь, дальше будешь. На некоторые ошибки тратишь больше времени, чем если не спеша двигаться по намеченному плану.
И всё же иногда я позволял и Цикаде потренировать свой визг, и Аиде поучиться исцелять ордынца, ну и Шугабою немного покайфовать от кромсания железных и жучьих морд…
— Ну что, Архарчик, впереди, наверное, босс? — Груздь уселся перед очередным залом.
— Что видишь?
— Внизу лава, над ней мост, в середине островок с большой глыбой. Кстати, от островка ещё два моста, направо и налево. Монстров… эээ… не вижу.
Я поморщился, раздумывая, что же он видит. Потом, усмехнувшись, пожал плечами:
— Ну, значит, и вправду босс. Так-то уже давно пора… Эй, Щекодав! — я поводил парой пингов возле носа оракула, — Тут босс и солнце, день чудесный, скажи, что делать, друг прелестный!
Оракул сел, зевнув так широко, что я, кажется, увидел его внутренние текстуры.
— Ну, я ж говорил, Архар, поспать теперь вообще не дашь. Нет бы сказку мне рассказал, спать уложил, а ты с вопросами… О, жемчужки!
И он сграбастал их неожиданно ловко для сонного старичка, я даже не успел глазом моргнуть. Тут же глаза Щекодава блаженно прикрылись.
— Ах ты Щековрун! — я схватил его за плечи, — Говори, давай, чего там должен мне сказать!
— Там Кащей над златом чахнет… — прошептал тот сквозь храп.
— И?
— … и смерть его в яйце… — и окончательно заснул. У него во рту так и перекатывались шарики пинга, и я в очередной раз поразился, как он так делает… У всех пинг исчезал при прикосновении к губам.
Я знал, что теперь его будить бесполезно, лишь через несколько минут. Но всё же он что-то сказал, осталось это расшифровать.
— Ну чего, с тактикой определились? — весело спросил Шугабой, присев рядом.
— Да уж… — проворчал я, — Но пока не начнём, не поймём, о чём он нам чревовещал.
Первым делом я выгрузил один кристалл воскрешения Груздю. Его задачей пока было прятаться и в бой не вступать, если только не увидит, что у нас всё нормально и ситуация под контролем.
А вот если не нормально, ему надо будет добраться до моего бренного тела и постараться воскресить.
— Над чем думаешь, Архар? — спросил Шугабой, глядя, что я не решаюсь переступить через границу входа.
— Над тем, что сейчас самое рациональное — вернуться к началу, дождаться пролёта астероидов, выбраться наверх и первым делом сделать алтарь… А сейчас это просто безрассудство… Неоправданный риск… Это…
Я всё же хапнул воздуха и сделал шаг вперёд. Ну вот и всё, Саня Архар, ты сделал ошибку. Теперь будем исправлять.
Улыбаясь и чувствуя так давно не ощущаемый адреналин, заставляющий сердце бешено биться, я рассматривал огромную пещеру. Дна у пещеры не было, лишь булькающая и раскалённая лава всего в паре метров внизу. От неё-то по всей пещере и распространялся дымный чад, так ужасно воняющий чем-то палёным…
— Кха-кха, — кашлянула Цикада, встав сбоку, — Жарковато тут.
— Ну ты бы кофточку сняла, — Груздь тут же оказался рядом, — Зачем мучиться?
— Я б и тебя могла давно прибить, так? Зачем мучиться-то?
— Эээ…
— Тише вы, — шикнул я.
От входа к круглому острову в центре вёл довольно широкий мост — на нём бы легко разбежались сразу три Бинтуронга. Мост висел на толстых, с мою руку толщиной, цепях, уходящих куда-то вверх. Что там на потолке, не было видно, лишь блестели ещё сотни цепей, исчезающие в темноте — на цепях в этой пещере висело всё.
И наш мост, и большой круглый остров, напоминающий кристалльный айсберг со спиленной верхушкой, и два других моста, ведущие к боковым стенам пещеры.
Судя по блестящим вдалеке цепям, за островом был ещё один мост, и он уходил к далёкой противоположной стене, которую мы даже не видели за маревом испарений.
То, что Груздь принял за глыбу, оказалось огромным яйцом. Закованное в обручи, оно тоже висело на цепях над островом, едва не касаясь его, и даже слегка покачивалось.
— Это там, что ли, смерть Кащея? — прошептал Шуга за моей спиной.
— Ну, видимо… — задумчиво ответил я, разглядывая неспокойные волны магмы внизу, — Вот только где сам этот Кащей?
Я оседлал Бинтика и наша группа осторожными шажками двинулась по мосту. В пещере было не совсем тихо — булькала лава; позвякивали, словно арматура в перекрытиях, цепи; где-то даже капала вода…
Когда первый раз послышался всплеск, мы все вздрогнули. Я успел лишь заметить, как между волнами проскользнула уже знакомая спина ящероподобного Магмоплюя. Монстр был раскалён до красноты, но, судя по всему, прекрасно себя чувствовал в этой среде.
— Саня, — нервно прошептал Шугабой, показывая в другую сторону, — Там тоже был!
