Развитие нового мифа, взращенного на этой двойственности, вполне предсказуемо. При отсутствии рационального разрешения тайны и благодаря значительному общественному интересу к проблеме вполне вероятно, что в предстоящие годы все разновидности шарлатанства будут использовать феномен в своих целях" хотя точно предсказать, в какие это выльется формы, конечно, невозможно. Может быть, мы явимся свидетелями зарождения нового мифологического движения, которое в конечном счете даст нашему технологическому веку свой Олимп или свою Вальхаллу, независимо от того, будем ли мы рассматривать такое развитие как достояние нашей культуры или как ее несчастье. Так как многие наблюдения феномена НЛО кажутся достаточно достоверными и в то же время противоречащими научному знанию, образующийся при этом логический вакуум человеческое воображение пытается заполнить своими собственными фантазиями. Подобные ситуации часто наблюдались и в прошлом, и они дали наиболее сильные и основополагающие формы религиозной, поэтической и политической активности. Вполне возможно, что и феномен НЛО даст толчок аналогичным процессам, поскольку его проявления совпадают с возрождением интереса к технике в системе человеческих ценностей.
Это справедливо, ибо наука представляет собой такой деятельный процесс, при котором необъяснимые эмоциональные аргументы могут трансформироваться в системы организованных "подпроблем", способных рационально осмыслить необходимость проявления интереса к проблеме НЛО. Поэтому разговор о том, что феномен НЛО не является "научной" проблемой, или даже просто постановка такого вопроса представляются полной нелепостью. Научной проблемы как таковой не существует; есть человек, который видит проблему и решает ее со своей точки зрения, научна она или нет. Наука — это продукт человеческого интеллекта, а не какая-то характеристика, которой мы вольны наградить или, наоборот, лишить любой непонятный феномен, встречающийся на нашем пути.
Для ученого правомерна только такая постановка вопроса: может ли феномен быть изучен сам по себе или же он является частью более сложной проблемы. В этой книге сделана попытка проиллюстрировать — причем только проиллюстрировать — этот последний подход. И мой вывод состоит в том, что феномен НЛО дает нам уникальную возможность наблюдать за фольклором в процессе его создания и черпать научный материал из глубочайшего источника человеческого воображения. На нас обрушат свое презрение будущие исследователи нашей цивилизации, если мы допустим утрату такого материала, ибо "предание — это метеор, который, единожды упав, не разгорится вновъ".
Если же мы решили сделать некоторые основополагающие заключения, опирающиеся на существующие данные, то тогда из нашего анализа довольно отчетливо вытекают пять основных положений:
Положение 1. С середины 1946 года во всех странах начали весьма активно распространяться красочные слухи, источником которых стали многочисленные наблюдения неизвестных аппаратов, отмеченные в сельской местности, материальные следы, оставленные этими машинами, и их разнообразные воздействия на людей и животных.
Положение 2. Если из этих слухов извлечь лежащие в их основе архетипы, то внеземной миф окажется очень близким к вере кельтских народов в эльфов, к наблюдениям ученых мужей прошлых веков и к широко распространенной вере всех народов в существа, чьи физические и психологические описания ставят их в один ряд с современными уфонавтами.
Положение 3. Эти существа, которых свидетели, по их утверждению, видели, слышали и даже трогали, принадлежат к разнообразным биологическим типам. Среди них встречаются создания гигантского роста, существа, неотличимые от людей, крылатые существа и всякого рода чудища. Однако большая часть так называемых пилотов — карлики, образующие две основные группы: 1) волосатые существа со смуглой кожей, похожие на гномов средневековых легенд, с маленькими сверкающими глазками и низкими, грубыми, "старческими" голосами; 2) существа, соответствующие средневековым описаниям сильфов или эльфов из волшебных историй, похожие на людей, но с несоразмерно большими головами и серебристыми голосами. Судя по описаниям, встречались существа как с дыхательными аппаратами, так и без них. В одном и том же сообщении могли соседствовать создания разного вида.
Положение 4. Поведение этих существ, судя по сообщениям очевидцев, столь же абсурдно, как и нелепый внешний вид их летательных аппаратов. В многочисленных случаях разговоров с ними отмечалось их неизменное желание ввести собеседника в заблуждение. Это справедливо для всех известных случаев начиная от встреч с джентри на Британских островах и бесед с пилотами воздушного корабля в 1897 году на американском Среднем Западе и кончая дебатами с "марсианами" в Европе, Северной и Южной Америке и в других местах. Из-за столь абсурдного поведения профессиональные ученые держатся подальше от тех районов, где имеет место известная активность. Это же способствовало и тому, что тарелочный миф приобрел религиозно-мистическую окраску.
