– И вот этот генерал мне говорит, что я мало того что потомок какого-то там Нила, так еще и моя смерть приблизит его к апогею силы! – изливал душу словоохотливый Иван откидываясь назад на импровизированную лежанку из разного и теперь ненужного тряпья.
Устроившись удобнее, чувствуя предельную сытость, юноша продолжил:
– Ну ладно я! Но то, чтобы столько смертей вокруг являлись запланированной акцией – вот это явилось для меня настоящим потрясением, практически равным гибели мамы… – он осекся, вспомнив главную причину ненависти к Ведерникову.
– Скорблю о твоей утрате! – Павел, мгновенно погрустнел, вспомнил образ задорной и рыжеволосой женщины, с которой был немного знаком.
– Ничего, Павел Иннокентьевич! Я свыкнусь, – Копылов даже попытался выдавить из себя улыбку, хоть и получалось еще плохо скрывать свои истинные эмоции, – За эти дни многие кого-то потеряли. Не мне одному приходиться влачить тяжкий груз утрат.
– И то верно, Иван, – согласился Павел, сквозь боль в спине, хлопнув юношу по плечу, – а еще я хорошо знал твоего отца. Достойнейший был человек. Можно сказать, со знакомства с ним и начался этот порочный круг злоключений.
– Чувствую, рассказ будет длинным и мне, не столь значимым, – произнес осоловевший Илья, вычищая ротовую полость большой, самодельной зубочисткой, – вы болтайте, а я, пожалуй, отправлюсь на боковую. Устал я от этого таракана, сил нет!
– Я тоже – Зыков подвинулся ближе к костру, подставляя пламени замерзшую спину, – утро вечера мудрёнее. Утром и обсудим ваше предложение всем вместе, объединив силы, с боем прорываться за туманную ограду, уважаемый Игорь Иванович.
– Хорошо! – легко согласился с агентом бывший следователь и попытался встать, чтобы заступить в дозор, но был удержан за руку Павлом.
– О, не беспокойся! Пока я валялся в отключке, я знатно отоспался. К тому же мне придется задержаться с Иваном, чтобы поведать ему о невероятных приключениях, произошедших на Чертовом Болоте, – принялся уговаривать Корнышев остаться на месте своего нового товарища, – Теперь, когда весь мир сошел с ума, мой рассказ не будет столь экстравагантным и сложным к восприятию. Оставь автомат, я подежурю – попросил Корнышев оружие у Игоря Ивановича.
С видимой неохотой Игорь Иванович отдал свое оружие, предупредив Корнышева, как настоящий профессионал:
– Оружие заряжено, поставлено на предохранитель. В рожке примерно двадцать пять патронов. Больше нет, – и скривив нос, от собственного доклада поспешил добавить, – долго еще я буду отходить от армейской муштры! Столько лет в погонах…
Скрутив под голову дорогой пуховик из близлежащего отдела с одеждой, и устлав голый асфальт еще более дорогими шубами, Игорь с благодарностью к Павлу вытянул ноги, чувствуя необходимость в отдыхе.
Сердце предательски ныло, вырываясь из груди. Казалось, еще минута и оно не выдержит перегрузок, разорвавшись на части.
Тем не менее, Игорь Иванович не спешил показать свою слабость, а поэтому, замаскировав стон зевком, улегся на правую сторону, отвернувшись от пламени костра. Предельно уставшего человека мгновенно сморил глубокий и спасительный сон.
Между тем, не обращая внимания на богатырский храп Ильи, оставшиеся мужчины сели друг напротив друга, предвкушая долгий и интересный разговор.
О чем то Павел уже успел поведать Ивану, что то еще предстояло прояснить, поэтому Корнышев начал свою повесть с самого начала, упуская уже оговоренные моменты:
– Знаешь, Ваня, я должен признаться, что первым занимался делом твоего отца, – начал длинную повесть Павел, чувствуя необходимость выговориться максимально честно, – и именно я первым сопоставил все странности, сопутствующие его поведению и неожиданные убийства на территории города Братска. В то время, обладая сугубо материалистическим взглядом на мир, я был полностью уверен, что убийства совершает твой отец. Но это был не он. Чья-то злая воля разделила его сознание на части, породив на свет личность Воронцова, которая время от времени завладевала сознанием твоего отца и привела его внутрь оцепленной, паранормальной территории в районе Бамбуя.
Хлебнув свежезаваренный, растворимый кофе из кружки, который Павел заварил, благодаря кипятку, дошедшему до кондиции в новом, более мелком котелке, бывший участковый, а теперь агент АПД продолжил свой сказ, под прицелом ясных, задумчивых глаз Ивана:
– В деревне Денис узнал о древней силе, затаенной в его душе, но не смог при жизни раскрыть свой потенциал. С Чернобогом пришлось расправляться подручными средствами и, как мы считали на тот момент, весьма успешно. Но мы горько ошибались. Мы знали, о конфликте, зреющем в рядах теней, но не знали всего коварства, на которое были способны монстры, в угоду своим интересам.
Павел передал кружку Ивану и, дождавшись, пока тот совершит несколько глотков, вернул ее обратно, согревая зябнущие ладони. Собравшись с мыслями, он продолжил:
