На всех стендах школы висели афиши и объявления о предстоящем конкурсе красоты "Мисс Совершенство". Последнее время все девчонки только о нем и говорили. Несколько школ города решили выставить для конкурса своих участниц и выбрать самую красивую старшеклассницу. Победительнице сулили крупный денежный приз в триста тысяч рублей и фотосессию для каталогов одежды дома моды "Амариллис". Выступить в качестве ведущего конкурса пригласили молодого певца Дамиана, по которому сохли десятки тысяч девчонок по всей стране. Немудрено, что все старшеклассницы словно с ума посходили. Каждая спала и видела, как именно на ее макушку водрузит корону победительницы смазливый красавчик Дамиан.
"Королева красоты — лицо "Амариллиса"! — гласили красочные рекламные плакаты. — Покупай билеты, не то опоздаешь! После конкурса — праздничный вечер, банкет и танцы! Кавалеры, приглашайте дам! Будет весело!"
Мероприятие должно было состояться в театре "Иллюзион". Алена, Лариса и Вероника вовсю обсуждали, стоит ли участвовать в конкурсе, а если нет, то с кем бы из знакомых парней пойти на мероприятие. Никиту они почему-то даже не рассматривали как возможного кандидата. С одной стороны, Легостаева это радовало — наконец-то они оставили его в покое. Но с другой стороны, это настораживало и даже обижало. С чего это вдруг они так резко перестали к нему клеиться? Может, он теряет привлекательность?
Недавно прозвучал звонок. В коридорах стояла тишина. Младшие классы еще занимались, за закрытыми дверьми кабинетов слышались голоса учителей. У очередного анонса конкурса красоты стояли Ирина, Лариса и Артур Леонидов и тихонько что-то обсуждали.
— А вот и наш герой, — заметила Клепцова. — Ну что, отделался легким испугом?
— Можно и так сказать, — усмехнулся Легостаев.
Артур как-то странно на него посмотрел, затем приветливо улыбнулся.
— А вы тут о чем шепчетесь? — поинтересовался Никита.
— Оксана предлагает нам поработать летом вожатыми в лагере, — пояснил Артур. — Вот и прикидываем возможные варианты.
— Ого! — обрадовался Легостаев. — Мне очень нужна работа на лето! А она всем предлагала?
— Всем, — немного помолчав, ответила Лариса. — Кроме Яны Давыдовой. Оно и понятно, какая из Яны вожатая? Но все равно как-то неудобно получилось.
— О, — только и произнес Никита. — Ну да, для роли вожатой Яна не подойдет. Она немного… Как бы выразиться…
— Необщительная, — подсказала Лариса.
— Замкнутая, — добавил Артур.
— И почти ни с кем не дружит, — закончила Ирина. — Сможет ли она найти общий язык с кучей детей?
— Сомневаюсь, — сдержанно сказала Лариса.
Никита и сам это понимал. Все, что ребята сказали о Яне, было правдой. Она училась в параллельном классе и была единственной девочкой в школе, превосходящей своими габаритами Ирину Клепцову. Никита знал ее с первого класса — она и в детстве была довольно упитанной, но очень миловидной, с большими карими глазами. Став старше, она чрезвычайно располнела и сильно страдала от этого. Ей все время приходилось терпеть насмешки всяких оболтусов вроде Аркадия Кривоносова и Арсения Попова. Клепцову тоже задирали, но очень редко, ведь она могла и отлупить. Яна же была не способна дать отпор обидчикам. Она просто краснела и убегала в женский туалет, где потом плакала всю перемену. Поэтому Никита с трудом представлял Яну в роли вожатой. Оксана, похоже, тоже.
Попрощавшись с друзьями, он повернул за угол.
Чьи-то пальцы вдруг резко впились в его плечо, и Никиту рывком развернуло назад. Ошеломленный парень оказался нос к носу с Нелли Олеговной Казаковой. Завуча просто трясло от злости.
— Ты! — выдохнула она ему прямо в лицо. — Ты же не думаешь, что все это правда? Я вовсе не отыгрываюсь на тебе! Просто я ненавижу оболтусов и хулиганов, а ты относишься именно к этой категории!
Никита озадаченно приподнял брови. Он не знал, что ответить.
— Твоя сестра действительно встречалась с моим сыном! И в то время я считала, что этот роман — большая ошибка! Но Марина стала журналисткой, и я поняла, что сильно в ней ошибалась. Возможно, она изменила бы моего сына в лучшую сторону. Он забросил институт и работает на стройке. Но я никого в этом не виню! Так и передай своей матери!
— Хорошо, — пролепетал Никита, морщась от боли. Ее острые ногти, казалось, сейчас проткнут его кожу.
— И еще: вы все тут отморозки и хулиганы. Я ненавижу подростков! Если не хочешь, чтобы я к тебе цеплялась, обходи меня стороной. Даже на глаза не попадайся. А если я узнаю, что ты снова что-то натворил, тебе не поздоровится. И никакие суды, обещанные твоей мамашей, меня не напугают!
Она резко отпустила Легостаева, отвернулась от него и быстро зашагала прочь, громко топая каблуками. Никита потер плечо, недоуменно глядя ей вслед. У этой дамочки точно не все дома.
