Выбравшись в коридор, я с тоской посмотрел на наручные часы. К сожалению, перекурить я уже не успею, а опаздывать на урок было нежелательным моментом, так как преподаватель, ведущий у нас общую теорию построения плетений, прямо заявлял во время знакомства, что опаздывающих и прогульщиков он не потерпит. Даже если ты на секунду позже его прибыл в аудиторию, то будь добр свалить в закат. Ну а на десерт на остальных занятиях, а потом и на зачёте с экзаменом ты получишь такой тотальный нагоняй по его предмету, что в итоге фиг ты его спокойно сдашь, если доберёшься до сессии. При этом «уважительные причины» не являются оправданием. Да хоть сам ректор вызовет на ковёр, но будь добр до начала занятия появиться в аудитории. И вот пойми — шутит он или нет, но проверять это никому не хочется. Поэтому я, тяжело вздохнув, подошёл к подоконнику напротив входа в аудиторию и забрался на него, удобно усевшись. Ну а чтобы скоротать оставшиеся пять минут до начала занятия, я быстро пробил кое-какую информацию, доставшуюся мне от Громилы.
От моего занятия меня оторвал звонок на пару, эхом пронёсшегося по коридору. Осмотревшись, я заприметил, как к аудитории резво направляется наш преподаватель. Пришлось спрыгивать со своего насеста и первым буквально влетать в аудиторию до того момента, как этот резвый старикан проникнет сюда.
Не сказать, что занятие было скучным, но я стоически держался, чтобы в очередной раз не зевнуть и не заснуть. Благо, моя новая соседка вовремя одёргивала меня в тот момент, когда дерзкий старикан кидал в мою сторону свой многозначительный взор, чтобы подловить на невнимание. Но благодаря Воронцовой мне удалось избежать эту участь и до конца занятия выдержать эту «мучительную пытку», с гордым названием учёба. Надеюсь, это явление присуще только началу семестра, потом втянусь. А то практика показывает, что вот такие «мученики науки» и вылетают первыми.
И вот прозвенел очередной звонок, ознаменовавший окончание всех занятий. Не теряя времени, я подхватил свой рюкзак и первым выскочил в коридор, намереваясь посетить предварительно «мужской кабинет». Выпитые кофе и энергетики давали о себе знать.
Лишь после того, как дело было сделано, я с чувством выполненного долга отправился на выход, намереваясь дальше отправиться по своим делам. Вот только в который раз мои грандиозные планы наткнулись на страшного птица, по имени Обломинго. Стоило только выбраться за академические ворота, как я приметил одну странную деталь, и меня почему-то посетило чувство сильной тревоги.
Компания однокурсниц, явно решившая уединится в какой-нибудь кафешке и пощебетать о своём, о девичьем. Среди них я заметил и новенькую. Вот только была одна странность, которая не покидала мой мозг. А именно небольшая группка парней, двигающаяся позади них на некотором удалении. И когда девушки свернули в какой-то проулок. Эти ушлёпки последовали за ними. И среди них я заприметил подручных Алкина. Стоит ли упоминать, что среди этой шелупони самого кабанчика не наблюдалось?
Решив на всякий случай проверить, я отправился следом. По крайней мере так моя совесть будет чиста, а чувство выполненного долга, за подстраховку на занятиях у злобного препода, будет выполнено. Поэтому я направился следом за ними, дабы проследить, что будет дальше. И ни хрена я не ошибся.
Видимо, пораспрашивав Воронцову о её происхождении и не услышав ни одной интересной фамилии, упыри пришли к выводу, что за неё некому будет постоять, и можно проворачивать свои «тёмные делишки» невзирая ни на что. Устроить ей своеобразный «прессинг», если вы понимаете, о чём я имею в виду, прописку в коллектив, только немного не такую, какую они готовили мне.
— Ну что, пойдёшь с нами развлекаться? — услышал я «грозный» голос одного из вчерашних побитых мной утырков. Троица позади него стояла так, чтобы отрезать все пути «внезапного» побега. Сама Катя стояла, прислонившись спиной к шершавой стене какого-то здания. Стоит упоминать, что след её «недавних подружек» уже простыл? Уверен, они были в сговоре с этими отморозками. Ну или запугали их, чтобы они это сделали. М-да, вроде академия, а учащиеся ведут себя как в колонии для несовершеннолетних. Пора сворачивать этот их «весёлый балаганчик».
— Давай-ка я с тобой поразвлекаюсь! — предложил я, одновременно с этим резко сокращая расстояние до первого противника и отправляя его точным ударом в челюсть в полёт.
Утырки поначалу не поняли, что произошло, а потом до них как дошло! Но было уже поздно. Я уже напитал своё тело магией, и уверенно раздавал «магические» лещи направо и налево, разбрасывая противника в стороны и полностью деморализуя его.
— Это вчерашний долбоящер! Он Алкина до дурки довёл! — успел крикнуть один из неудавшихся половых гигантов.
