К тому времени, как я добираюсь до центра города, вокруг уже потушенного здания собирается толпа людей. Репортеры, пожарные и полиция толпятся вокруг, из-за чего моему невысокому «я» трудно что-либо разглядеть.
— У нас один труп! — крик прорывается сквозь сирены.
Блядь! Протискиваюсь ближе. Район здания оцеплен лентой, так что нахожу ближайшего ко мне полицейского.
— Извините?
— Вы не можете пройти.
— Мне и не нужно. Куда увезли пострадавших? В какую больницу?
— Я не могу вам сказать.
— Там был мой жених! — я не выдерживаю. Еще один отказ я не переживу. Кручу перед полицейским безымянным пальцем с кольцом. — Артем Сергеевич Мартынов! Мне нужно знать, где он! Пожалуйста, помогите мне!
По лицу четко вижу, что до него доходит моя отчаянная ситуация, и чувствую жалость, исходящую от мужчины.
— Больница на соседней улице.
— Спасибо!
Я не теряю ни секунды. С каждым шагом беспокойство нарастает, и я боюсь узнать правду о том, что произошло. В больнице пугающе тихо, что только расшатывает и так убитые нервы. Я иду к регистратуре, боясь задать вопрос, на который могу получить ужасающий ответ. Легко стучу костяшками о стекло.
— Я ищу Мартынова Артема. Я его… невеста, — слово ощущается каким-то не родным.
Девушка бегло осматривает меня и вводит имя.
— Третий этаж. Левое крыло. Комната 420.
Я не потрудилась сказать даже «спасибо». И вот я замечаю Артема, как только добегаю до нужного этажа. Сгорбленный, глаза опущены в пол. Он здесь! Живой! Невредимый! Моя радость и облегчение длятся недолго. Стоит его взгляду встретиться с моим — я понимаю, что это не Артем.
— Александр! Где твой брат?
— Он…
Из палаты доносятся громкие возгласы, и врач вбегает внутрь, за ним медсестра.
— … открылось кровотечение… — успеваю услышать, и дверь плотно закрывается.
Делаю неуверенный шаг, но рука Александра останавливает. Он оттаскивает меня назад, подальше от палаты.
— Пусть они делают свою работу.
— Да к черту это! Что происходит? — сбрасываю руки с себя. Осматриваю мужчину и цепляюсь за капли крови на белой рубашке. — Боже! — прикрываю рот ладонью и проглатываю желчь, сдерживаясь от побега в туалет. — Я хочу знать правду! Сейчас же!
Александр тяжело выдыхает и садится на стул позади. Его обычная саркастичная манера исчезает, и теперь он выглядит измученным и подавленным.
— Мы уговорили Васильева встретиться с нами и заключить договор. Сначала Артем не хотел ехать, но потом резко согласился. И вот мы поехали.
— И? — не выдерживаю, когда он берет слишком долгую паузу.
— Васильев был с пистолетом, — голубые глаза стекленеют, — а Артем, он… Бля…
Как бы сильно мне ни хотелось пожалеть Александра, мой гнев по отношению к нему только растет.
— Значит, теперь тебе хочется плакать? После всей этой чуши? Ты рассказывал семье, что Васильев пришел из-за меня! Не из-за твоей тупости! Ты скинул все на девушку! Будешь продолжать вести себя так, будто тебе реально не все равно на своего брата? — я начинаю закипать. — Ты сделал это!
— Ты не имеешь права сваливать все на меня, — Александр огрызается в ответ и вскакивает на ноги. — Я, может быть, и врал, но Артем вернулся в город не из-за меня, а из-за тебя!
Злость достигает пика, и я не могу больше сдерживать.
— Не я натравила на него убийцу!
— Да, но вместо этого ты передала его убийце, — Александр наклоняется ближе к моему уху. — Если ты думаешь, что брат очнется и сразу побежит к тебе… Я тебя разочарую, — напрягаюсь и упорно молчу, глядя перед собой. Я отказываясь отвечать на его провокации, хоть насмешка болезненно режет. — Артем был взбешен, Мила, вы поссорились, и то, что его подстрелили не исправит ваши отношения.
Он в открытую издевается! Я отталкиваю Александра от себя, что не приносит ничего, кроме мрачной ухмылки на его губах.
— Я всегда буду братом, его семьей. Меня простят. А ты ничего для него не значишь, — мужчина выпрямляется и отходит от меня. — Вашим фальшивым отношениям пришел конец, дорогая. Он не заботится о тебе. Будь умной девочкой и уходи.
— Фальшивые отношения?
Обернувшись, я оказываюсь лицом к лицу с Сергеем Витальевичем, который обнимает свою расстроенную жену. В который раз за эту ночь стираю слезы со щек. Этого не должно было случиться. Они не должны были узнать все именно так… «Не должны», «не должны»… Уже ничего не исправить!
— Мила, что он имеет в виду под «фальшивыми отношениями»? — Сергей Витальевич хмурит брови.
— Я… я… — нужно попытаться объясниться, но не получается собрать слова.
Тогда-то Александр берет инициативу в свои руки.
— Милена встречалась с Артемом, чтобы он мог получить компанию, а у нее был, так сказать, бойфренд.
— Это правда? — взгляд Сергея Витальевича останавливается на мне.
— Нет! Нет, это было так, но потом я… мы…
— Это правда? — повторяет свой вопрос уже значительно тише.
Я молчу, понимая, что больше нет пути назад. Ненависть и отвращение к самой себе захлестывают с головой, становится трудно дышать. Крепче сжимаю ремешок сумки.
— Да.
— Я думаю… тебе пора уходить. Это исключительно семейная ситуация.
— Я могу объяснить! — мой голос срывается.
