Парфюмерный гид 2018 полностью

Lubin с помпой вернулся из забытья в 2005-м, после 27-летнего молчания, с духами Idole и с тех пор не сбавляет обороты, выпуская по два-три интересных аромата в год – по нынешним меркам не так уж много. Akkad кажется мне младшей сестрой их колоссального Korrigan, менее пышной и лишенной контраста между ветивером и дульсе-де-лече, благодаря которому Korrigan казался таким чудным. Этот аромат более гладкий и компактный – холеный и шелковый древесный Восток высокого класса. Блестящее художественное руководство Жиля Тевенена и большая работа Дельфины Тьерри. ЛТ

Ala"ia (Ala"ia) перечная замша

Я пронзительно жалею о том, что никогда не летал на «Конкорде», несмотря на многочисленные предложения турагентов сесть – за разумные деньги – в одну из этих великолепных машин в Хитроу и протянуть сверхзвуковую петлю вокруг Бискайского залива. Я просто не думал, что технологии шагнут назад, но именно так и вышло, и мы остались по эту сторону звукового барьера. А вот подруга-парфюмер, напротив, летала на «Конкорде» много раз, в основном по срочным делам в Нью-Йорк или Париж. Однажды в разговоре она упомянула особенный запах его нутра, так что, поднимаясь на борт G-BOAG в Музее авиации в Сиэтле, я внимательно принюхивался. Она была права: у «Конкорда» есть свой особенный, немного медицинский запах, отчасти рукотворный (теплозащитное покрытие, герметик), но в то же время проникнутый человеческими флюидами – испарившимся одеколоном и кожаной обивкой кресел. Я вспомнил его, когда впервые вдохнул Ala"ia – многослойный аромат места, где побывало множество людей, пространства, наполненного случайными и неслучайными запахами, своего рода приглушенный шум душистой толпы. Ala"ia – исключительно странный аромат, который, как иные великие ораторы, начинает свою речь вполголоса и заставляет тебя подвинуться поближе, чтобы расслышать слова. В попытке ухватить темную, гладкую, скользкую суть Ala"ia любитель духов, вероятно, будет качать головой и вполголоса бормотать: кожа, перец, лактоны. По мере развития аромата порой кажется, что парфюмеру Мари Саламань удалось пустить время вспять: Ala"ia как будто начинается с конца и в процессе взросления становится все более свежим. В финале он сводится к загадочному аккорду, сухому и соленому, который мало похож на финальную стадию раскрытия, скорее – на щемящее воспоминание о духах, как будто вы уловили их запах на своей одежде спустя много дней после невероятного вечера. Чудесно. ЛТ

Люблю его, но обязана сообщить, что в конце Ala"ia не такой эффектный, как в начале. ТС

Alambar (Laboratorio Olfattivo) цитрусовая амбра

Неизбежная нишевая амбра с цитрусами, быстро выгорает. Лучше купите Shalimar. ЛТ

Albis (Santa Eulalia) пудровые цветы

Santa Eulalia – исторический магазин на улице Пасео-де-Грасия в Барселоне, а с некоторых пор еще и парфюмерный бренд конгломерата итальянской ниши Intertrade. Albis – воспитанный и совершенно снотворный ванильно-цветочный аромат, идеально соответствующий ДНК «интертрейдовских» брендов: высокое качество, низкое напряжение. Как-то так, предполагаю, пахнут от целомудренных моделей в каталоге нижнего белья для «будуара невесты». ЛТ

Al`exandros (Re Profumo) жасмин с благовониями

Битый код в нейросети, генерирующей духи Re Profumo (см. Adone), свел ее с ума, в результате чего та стала мешать благовония с илангом и жасмином и случайно получила оригинальный и хороший аромат, который обошелся производителю дороже запланированного. В настоящий момент команда разработчиков занимается вопросом и ждет дальнейших указаний от правления: это был баг или фича? ЛТ

Alien Eau Extraordinaire (Mugler) цветочно-цитрусовый

В бесконечном потоке фланкеров попадаются по-настоящему странные вещи. Если классический Alien – мощнейший лиловый монстр в эффектном флаконе, то неуместно названный Alien Eau Extraordinaire в действительности настолько ordinaire («заурядный» в переводе с французского. – Прим. пер.) и анти-alien, что поначалу я решил, будто перепутал блоттеры. Если вкратце, то это энный по счету ванильно-пудровый аромат с франжипани в исполнении индустрии, которая на всех парах несется в сторону скуки и единообразия. К счастью, есть и противодействующая сила – трудолюбие и дотошность некоторых парфюмеров, по какой-то причине продолжающих хорошо делать то, за что и браться-то не следовало. Здесь Доминик Ропьон, автор Ysatis, Amarige, Carnal Flower и Dune и один из важнейших современных художников, умудряется сообщить минимальный объем и глубину этим магнолиевым Плоскоземьям. Аромат чуть сложнее, чем изначально задумывался; какие-то бледные тени шныряют под его поверхностью цвета заварного крема. Вживлять их в эти духи наверняка было так же сложно, как сделать оригинальный и красивый аромат с нуля, и уж точно не очень интересно. Надеюсь, что Ропьону больше никогда не поручат столь скучную и бессмысленную работу. ЛТ