— Дай пальнуть, — попросила она.
— Нет, — отказалась Сидзука.
— Но у меня оружия нет.
— Твои проблемы.
Лахджа вздохнула и просто превратила руку в копье… хлыст… пучок нитевидных прочных щупальцев с лезвиями. Масты, эти тощие костистые создания с брыластыми мордами, просто распадались надвое.
Демоница хлестнула в очередной раз, но тут из-под копыт Пухляша выпрыгнул айчап. Злобный зверь тут же бросился за ним, принялся топтать копытами — и Лахджа едва не вылетела из седла.
Чтобы удержаться, она полностью трансформировалась. Растеклась чем-то вроде конского доспеха, только кожано-костяного. Присосалась сотнями мелких присосок. И даже немного внедрилась в тело, пронизав кожу нервными сплетениями.
— Фу, Лахджа, прекрати! — поморщилась Сидзука.
Лахджа не ответила. Ее охватил исследовательский интерес. Пухляш встал как вкопанный и испуганно задрожал. Лахджа послала болевой импульс в правую ногу — и та дернулась. Послала в левую — и Пухляш покорно зашагал, куда велят.
— Знаю по своему опыту, Пухляш, — сказала Лахджа. — Боль учит.
— Гляжу, ты начинаешь осваиваться, — раздался голос снизу.
Меж копыт бежал рыжий кот. В какой момент к охоте присоединился Совнар, никто сказать не мог.
— Я хочу попробовать внедриться в центральную нервную систему, — сказала Лахджа, вырастив на шее Пухляша рот с гортанью. — Возможно, конечно, я его убью…
— Возможно, — согласился Совнар. — Обученный паргоронский конь стоит семь условок.
— То есть лучше не надо?
— Да нет, валяй.
— Ладно… лучше сначала еще потренируюсь, — приняла нормальный вид Лахджа. — На ком-то помельче… и подешевле.
Ей стало жаль убивать здорового гордого зверя без особой на то пользы. Хоть он и обглодал ей руку.
— Это правильно, — сказал Совнар.
Они ускакали довольно далеко. Где-то тут проходила граница — заканчивался гхьет Хальтрекарока и начинался гхьет Фурундарока. Сельскохозяйственное угодье размером с тридцать Финляндий.
— Лучше нам туда не ехать, — сказала Нагалинара. — Если потравим посевы, Величайший Господин нас сожрет.
Так что наложницы остановились на опушке мавошистого леса и устроили импровизированный пикник. Еды не прихватил никто, кроме запасливой Сидзуки, но Совнар вмиг наколдовал целую гору.
— Вот этому я особенно хотела бы научиться, — сказала Лахджа, обгрызая куриную ножку.
— Это же ерунда, — сказала Нагалинара, создавая бутылку вина. — Ты что, все еще не умеешь?
— А вот не умею. Покажи, как.
— Да просто… просто берешь и делаешь, — сотворила еще бутылку гохерримка. — Вот так. Смотри.
Лахджа смотрела очень внимательно, но не могла понять. С Нагалинары просто срывались какие-то темные сполохи… и оформлялись во все новые и новые бутылки. Когда их набралось шесть, гохерримка выжидательно уставилась на Лахджу.
— И все, — сказала она.
Лахджа окинула ее мрачным взглядом. Уж не издевка ли это?
— Тебе просто нужно усвоить принцип, — коснулся ее лапкой Совнар. — Здесь точно так же, как с перемещением в Лимбо. Как ты оттуда вышла?
— Представила коридор и двери.
— И они появились?
— И они появились.
— Тут то же самое. Просто в Лимбо реальность ослаблена до предела, поэтому там это даже смертные могут. А здесь нужна демоническая сила. Ты высший демон, у тебя она есть.
— Да знаю я, что она у меня есть. Только я… у меня души есть не получается. Тошнит и все такое…
Она говорила правду. Лахджа уже пыталась поглощать души — хотя бы животных для начала. Но остатки человеческого естества воспринимали это болезненно. Эмоции поглощаемых воспринимались как собственные.
Нормальные демоны глухи к страданиям жертв. Души для них — просто еда. Стейки, котлеты, бифштексы. Лопают с удовольствием, не думая о том, что недавно это было живое существо.
А вот Лахдже что-то мешало на подсознательном уровне.
— Есть у тебя проблема, я знаю уже, — кивнул Совнар. — Бывает такое у совсем юных демонов, рожденных из смертных и небожителей. Израстешься еще, привыкнешь.
Лахджа неопределенно пожала плечами. Пути назад все равно нет, она уже демон. Соскочить не получится.
— Ладно, а без этого демоническую силу совсем никак?.. — уточнила она.
— Можно, конечно, — с полуслова понял ее Совнар. — Своя-то душа у тебя есть. Она тоже источник.
— А раскачать ее как-то можно?
— Можно, можно. Конечно, это путь тернистый… и вообще он скорее для природных духов и небожителей. Но демоны так тоже делают. Кульминаты вот — яркий пример. У них есть счета в Банке Душ, но они недостаточны для их мощностей. Так что они… компенсируют широтой своей души.
— Джулдабедан так делал, — припомнила Нагалинара. — Тысячу лет соблюдал аскезу.
— Я не хочу тысячу лет соблюдать аскезу, — буркнула Лахджа.
— Поэтому Джулдабедан велик, а ты нет.
Совнар все же обучил Лахджу общему принципу демонической силы. Ему еще и хотелось узнать, как та будет проявляться у фархеррима, так что он чуточку поделился с Лахджой собственной ба-хионь. Сделал ей что-то вроде большого жертвоприношения, только без материального носителя.
