Женщина довольно улыбнулась и согласно кивнула. Покинув увеселительное заведение мошенник послал замысловатые проклятья самому Коварному и поспешил в игровой дом, у него был саат на то, чтобы обыграть кого-нибудь на двадцать золотых, а это ой как не просто. Но с другой стороны если, он этого не сделает Шайт его прирежет сегодня же. А своей шкурой мошенник очень сильно дорожил и был готов сделать, что угодно, но задание порученное выполнить.
В особняке купца тем временем все шло своим чередом. Слуги были заняты хозяйственными делами, сам купец, как ни в чем не бывало, сидел в своем кабинете и продолжал изучать книгу, а после обеда принялся руководить сбором продовольствия для Красной крепости. Правда извозчики, которые обычно перевозят повозки, куда-то пропали, но Сидон быстро нашел им замену. Один не молодой мужчина назвавшийся Бартоном, бывший купец замечательно подходил для такой не пыльной работенки, а второй крепкий, высокий мужик с черными, как смоль волосами – Игон, выглядел настолько внушительно, что никакой дурак не прицепился бы к нему. И последний, доверенный человек купца Астор, который всегда сопровождал повозку и которого хорошо знали стражники на вратах красной крепости. Все они были готовы завтра по полудню доставить продовольствие в Красную крепость. Время было позднее, а потому купец Сидон пришел в библиотеку отыскал интересную книгу и слугам настрого приказал не беспокоить его, чтобы не случилось, после чего заперся в своей комнате. Якобы увлекшись чтением. А из окна его комнаты ловко выскользнул на крышу молодой человек и скрылся в наступающих сумерках.
В нескольких кварталах от роскошного особняка купца, в небольшом съёмном домике нервно меряла комнату шагами молодая, красивая девушка, наблюдая за тем, как собирается на задание ее лже-компаньонка. На дворе уже стемнело и пора уже было уходить, но Карен отчего-то очень сильно нервничала, Гайл все не возвращался, да и Валериан должен был прийти еще на закате. Взглянув на могучую фигуру Шайта, девушка тяжело вздохнула, он уже пол саата стоял у окна, не шевелясь, и поэтому казался удивительно спокойным. Взглянув еще раз, как Хиса уверенно складывает в черный рюкзак странные предметы, Карен рискнула подойти к Шайту.
– Что-то Валериан задерживается. – тихо сказал она, встав рядом с мужчиной.
– Пока не зашло солнце он будет в особняке, в светлое время суток сложно уйти незамеченным, к тому же нужно, чтобы купца никто и не подумал искать. – не поворачивая головы ответил Шайт. Карен недовольно вздохнула, ну вот снова он относиться к ней, словно не замечая.
– И все же, я волнуюсь. – тихо добавила девушка. Сзади послышались легкие шаги, Хиса ушла в другую комнату, а Карен вдруг почувствовала на себе внимательный взгляд, подняла голову и встретилась взглядом с серыми глазами Шайта, взгляд был холодным, в нем чувствовалась враждебность.
– Волнуешься?! – прозвучало издевательски. – Разве?
– К чему такой вопрос? – недовольно спросила девушка. – Мы все замешаны в одном деле, так почему я не могу волноваться? – задала вопрос она, но чтобы не разжигать возможный конфликт, она быстро сменила тему. – Я вас, кстати, так и не поблагодарила за мое спасение, тогда от тех аристократов. Я очень вам благодарна, никто прежде не вступался за меня просто так… – искренне сказала Карен.
– Мда, образ милой девочки дается тебе просто удивительно легко. – такой ответ сказанный едким голосом вызвал у девушки удивление и потому она вопросительно подняла на него взгляд. Серые глаза смотрели на нее с презрением достойным аристократов, но никак не убийцы, который намного ниже ее по положению в обществе. – Что же ты, такое удивление во взгляде, ну же Карен, покажи свое настоящее личико, покажи лицо, за которое в высшем свете тебя называют змеючной.
– Ты! – прошипела девушка, возмущенно. Она чуть-было не открылась перед ним, она хотела хоть немного быть искренней, а он наплевал ей в душу.
– Вот это уже больше похоже на настоящую тебя! – сказал он улыбаясь. Вот только улыбка эта была жестокой, насмешливой и пугала аристократку.
– Что вы себе возомнили! – прошипела она, вот сейчас действительно проявилась, та которую называли змеей. – Как вы смеете меня оскорблять! Что может быть известно обо мне такому человеку как вы, не имеющему даже понятия о высшем свете!
