В этот раз на подготовку заклинания ушло почти десять минут. Чтобы выстроить магические потоки, подобрать частоту и интервал маны. Дольше всего я колебалась с определением «предмета поиска». Но, после сомнений, все же настроила его на поиск скрытых дверей и проемов.
Наконец, медленно выдохнула и запустила сложное заклинание, одновременно прикрывая веки. А когда открыла глаза, пространство вокруг превратилось в черно-белую абстракцию. Лишь по центру серой стены ярким оранжевым пятном светилась… дверь. Но все что за ней было скрыто маревом магического тумана.
Я вернула зрение в норму и возбужденно потерла ладони.
Получилось! Там и правда есть какой-то скрытый тайник.
Надо сказать Моргану.
Но Стиллер был занят, как и остальные офицеры. Под грозными взглядами приставов и смущенными понятых — бледных и неловко переминающихся с ноги на ногу консьержа и охранника — шла активная опись имущества.
Я потопталась, чувствуя себя лишней, и вновь вернулась в дальнюю комнату, ощущая как в груди разгорается чувство азарта.
Ну и ладно. Сама справлюсь. Лучше как следует проверю что там к чему.
Перед глазами встали сладкие картинки, как я открываю наполненный сокровищами и драгоценностями драконий тайник. А после все офицеры в один голос благодарят меня. А капитан Кортес становится на одно колено и…
Ой, нет. Куда-то не туда меня понесло. Но главное, что это будет моя третья благодарность. И я выиграю это чертово пари!
От предвкушения скорой победы даже головная боль отступила на второй план.
Та-ак… тогда попробуем запрещенный прием.
Подушечки пальцев закололо: тело приспосабливалось к меняющимся потокам магии. А заклинание уже окрасилось в белый — стихию воздуха. Следом пришло красноватое сияние огня. Последними вспыхнули зеленые искры стихии земли.
Самым сложным было не «поссорить» стихии. Если неудачно их совместить, случайно закоротив друг на друга, последствия могли быть от неприятных до смертельных. Именно поэтому меня тогда и обвиняли в несчастном случае на первом курсе.
Вряд ли Йенсен Райс обрадуется, если я ему разнесу половину квартиры.
Это было особенностью нашего мира: внутренний резерв был у каждого его жителя. Неважно орк ты, человек, эльф, дракон или какая-нибудь баньши. Стать магом тоже мог любой. Даже если врожденный резерв не радовал, его можно было усилить тренировками, медитациями или банально — артефактами. Были самородки, которые хоронили свой дар в далекой бедной провинции, но были и те, кто тяжелым трудом и тренировками добивались своего места.
А один из самых известных боевых магов четвертой эры, Бенджамин Ортега, был таким «цацочником», как презрительно называли магов, увешанных артефактами. Талантливое использование волшебных камней и зачарованных вещей компенсировали его слабый дар.
Но это скорее исключение из правил.
Все же в Академию и учебные заведения помельче, разбросанные по всей Федерации, традиционно брали тех, у кого в дополнение к внушительному внутреннему резерву была хотя бы одна стихия. То есть возможность черпать магию из сил природы нашего мира.
Я вновь сосредоточилась на собственной силе, прощупывая окружающее пространство. Рикки тут же отпрыгнул подальше от меня, покрутился на месте, смешно чихнул, будто котенок на солнце, и принялся яростно тереть мордочку.
А я, наконец-то увидела магический «запор». Ну, конечно же это был воздух! Чего еще ожидать от дракона воздушной стихии?
Довольно хитроумный замок был закольцован на мозайку в виде парящего в небесах дракона возле того самого бара. Я хмыкнула и с усилием вдавила ладонь в ящера, одновременно направляя в него стихию воздуха.
За спиной тут же раздалось тихое шипение — волшебная дверь отъехала в сторону, открывая обзор на довольно просторную комнату в приятных персиковых тонах и искусно подобранным светом.
Ого!.. Как интересно. И довольно-таки странно.
На самом видном месте красовалось огромное старинное зеркало в латунной оправе и на трех кованых ножках. По стенам тоже висели зеркала масштабом помельче. А вдоль стен расположились столики с разнообразными баночками, хрустальными флакончиками, фарфоровыми пиалами и многочисленными артефактами.
Я медленно пошла вдоль столиков и полочек, но из доброго десятка артефактов я смогла опознать лишь один амулет с символами эльфийской богини жизни и плодородия.
Ничего не понимаю. Это тайная гримерка что ли?
Где-то сзади раздался встревоженный писк Рикки, звон разбитой бутылки, а следом глухое восклицание. Торопливо метнулась к выходу, но успела заметить лишь гадкую ухмылку Присциллы в проеме закрывающейся двери.
О, нет!
Ловушка захлопнулась.
А меня словно хлопнули по голове пыльным мешком. С размаху и прицельно. Через сколько минут, а может часов я очнулась — понятия не имею. С трудом оторвала от пола гудящую голову, кое-как усмирила бунтующий желудок и расплывающимся взглядом осмотрелась.
Хорошо хотя бы свет не погас, только стал тусклым и приглушенным. Но легче не стало, потому что я с ужасом вдруг поняла, что не могу создать ни одной даже малюсенькой искры магии.