Такой же, да не такой! Сорогин – это не более чем фамилия, обычная фамилия, в то время как Голдфингер – просто-таки ярлык, клеймо. Золотой палец! Не больше и не меньше. Ну и самомнение, однако. Этот человек, что, считает себя кем-то вроде царя Мидаса, который одним своим прикосновением обращал все, до чего он дотронется, в золото?!
Ничего себе золото. Золотарь, то есть тот, кто чистит нужники, – однокоренное слово... Хотя, конечно, доходы Сорогин, видимо, приносил издательству немалые. И его гибель – серьезная финансовая потеря. Ведь когда пройдет вспышка интереса, вызванная убийством скандального автора, издательству потребуются новые его книги. А где их взять? Ведь автор умер... И каков бы золотой ни был там палец у этого Голдфингера, а все же он едва ли сможет так быстро извлечь из небытия другого аналогичного Сорогина. Разве что как следует пошарит по психушкам в поисках оного. Какая жалость, что та книжка, «Творчество душевнобольных», была издана годах в 50-х, поэтому из ее авторов иных уж нет, а те, так сказать, далече, а то небось среди них худо-бедно можно было бы подыскать Сорогина-2...
Веня ерничал как мог, однако с грустью отдавал себе отчет: к списку людей, судьбы которых теперь вольно или невольно переплелись с его судьбой, прибавился еще один. Холмский, Вятский с дочерью – теперь и Голдфингер. Не знать Вене покоя, пока он не встретится с этим человеком, не посмотрит в его глаза, не увидит, что это за золотой палец такой, который творит гениев разрушения.
В принципе, увидеть его было несложно – съездить в Москву, в издательство «Глобус» – всего-то и делов. Но ведь это только сказать легко! А где взять время? Ночь туда, ночь обратно, день в Москве... А если за день не обернешься, Голдфингер этот небось не стоит, не ждет, когда приедет Веня Белинский из Нижнего Новгорода – здрасьте, я не ваша тетя, я не буду у вас жить, а вот морду вашу мне начистить желательно! – он может отъехать куда-то, мало ли! Ну ладно, и два дня можно найти свободных при желании, с дежурствами как-то подсуетиться, попросить Струмилина или Меншикова подменить, они ни в жизнь не откажут, если, конечно, Марину Меншикову тошнить в этот день не будет... Но как дома объяснишь, зачем ринулся в Москву? Сорваться инкогнито, изобразив дело так, что ты заступаешь во внеочередную смену? Но ведь именно тогда жене, теще или пацанам непременно взбредет в голову позвонить на станцию и позвать к телефону доктора Белинского! Или брякнуть ему по мобильнику, а роуминг у него не подключен. И сразу последует разоблачение электронного голоса: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». То есть подзалетит Веня, как девственница, которая забыла предохраниться. Да и где взять тысячу свободных денег – это как минимум? Билеты туда и обратно, да и Москва бьет с носка по карману, это всем известно...
Нет, никак не сорваться на поиски Голдфингера. Но что делать с собственным любопытством, которое так и пожирает Веню изнутри, словно раковая опухоль? Тьфу, тьфу, тьфу, не к ночи будь помянуто!
До ночи, впрочем, было еще далеко. Предстояло еще изжить целый выходной день – дождливый и неожиданно, совсем не по-августовски, холодный.
Тут-то Веня и начал себя поедом есть за прямой и непосредственный контакт с небесами, тут-то и подумал, что лучше бы ему нынче шашлыки кушать да запивать их хорошим винцом, чем без конца пережевывать собственные надоевшие размышления, делая вид, что листает поганые ярко-желтые «Губернские ведомости», в которых снова и снова было о выборах, о выборах, все о тех же выборах...
И вдруг – как ударило по глазам:
О-о!.. Вот и сбылось печальное пророчество Климушки. Нечаянный Венин знакомец словно в воду глядел!
Вениамин быстро прочел статью. В принципе, она была не более чем расширенным толкованием анонса, и единственное, что привлекло внимание Белинского, были слова: «По мнению Сергея Бирилева, начальника избирательного штаба кандидата Ломова, снятие с дистанции Климушкина явилось вполне закономерным завершением яростного конфликта, в который вступили две эти силы: Климушкин и Булавкин. Однако за спиной Булавкина стоит вся мощь Союза правых сил с их политическим авторитетом и денежной подпиткой со стороны главы РАО ЕС, который тоже является членом СПС, а кто такой Климушкин? Герой-одиночка, не более того!»
Все это было верно, верно, а оттого еще более печально, однако Веню в данную минуту заинтересовала не безусловная мудрость Сергея Бирилева, а сам факт его существования.
