– Да, быстро летит время...
– Ты меня избегаешь?
– Нет ни минуты свободного времени. Зарабатываю свои двадцать долларов, да и вообще... много дел.
– Почему ты не хочешь со мной разговаривать?
– Нам не о чем говорить. Мы – взрослые люди, и каждый волен своей жизнью распоряжаться сам без предварительного обсуждения с другими.
– Мария, скажи, чем я тебя обидел?
Она посмотрела на парня: в его глазах горела тоска жестокого, неприрученного зверя-одиночки. Раненого зверя.
– Я не люблю, когда мною пользуются, как вещью.
Оркестр замолк. Мария резко повернулась, собираясь отойти от Росса, однако он схватил ее за руку:
– Не уходи. У меня еще есть билетики.
Теперь они танцевали медленный танец.
– Мария, мне казалось, что я тебе нравлюсь.
– Ты нравился, пока не обманул меня.
Росс виновато улыбнулся:
– Прости. Все равно ничего страшного не произошло, и я тебе ничем не навредил. Разве не так?
Девушка грустно покачала головой:
– В том-то и дело, что навредил. Ведь я тебе верила.
Росс крепче прижал девушку к себе и снова почувствовал тепло, которым она так легко его зажигала.
– Мария, поверь. Это только шутка. Разве я не имею права повеселиться, отдохнуть?
– Росс, если бы ты нуждался в деньгах, я бы, наверное, тебя поняла.
Он довел ее в танце до дальнего, слабо освещенного угла и попытался там поцеловать. Мария досадливо поморщилась:
– Перестань. Я на работе.
Росс взмолился:
– Мария, послезавтра я уезжаю и вернусь только через пять месяцев. Мы должны увидеться перед отъездом.
– Нет. Я не могу.
– Но почему?
В эту минуту танец кончился, и девушка, выскользнув из его рук, направилась к своему месту. Росс побелел от гнева и грубо дернул ее за руку:
– На, возьми свои проклятые билетики. Только не убегай.
Мария молча затолкала в сумочку длинную бумажную ленту и только после этого снова пошла танцевать.
– Почему ты не хочешь меня видеть?
– Тебе это интересно?
– Да.
Она глубоко вздохнула, словно собиралась прыгать в воду.
– Во-первых, просто не хочу. Во-вторых, нет времени. Мать заболела, и я ухаживаю за ней и за братишкой. Да еще тут работаю. В общем, некогда.
Росс снова завел ее в темный угол, еще раз попытался поцеловать и не заметил, как девушка взмахнула сумочкой.
Через секунду чья-то тяжелая рука опустилась на его плечо. Росс обернулся – перед ним угрожающе нахмурил низкий лоб обезьяноподобный вышибала. Из-за его мощного плеча улыбался Мартин Джокер. Вышибала открыл квадратный рот:
– Послушай, приятель. Веди себя прилично, а не то в один момент вылетишь отсюда.
Словно не веря в реальность происходящего. Росс вопросительно посмотрел на Марию, но ее равнодушный взгляд в это время блуждал по потолку. Он понял все и, справившись с бессильной яростью, тяжело перевел дыхание:
– Хорошо, Мария. Если ты хочешь, я уйду. Пусть будет по-твоему.
Росс ринулся к выходу, а Мария направилась через зал к своему месту. Возле столиков ее догнал Мартин Джокер:
– Мне кажется, твой друг ужасно рассердился.
– Он – не друг.
Неприятное лицо Мартина растянулось в гримасе нарочитого удивления:
– Разве? Но когда я видел вас в прошлый раз, вы казались неразлучными голубками.
Мария ответила сдержанно:
– Тогда мы были друзьями, а теперь – нет.
– Почему?
– Мне кое-что не понравилось.
Мартин хищно блеснул острым взглядом:
– И что же сделал твой бывший дружок?
Она неопределенно пожала плечами:
– Так... Ничего особенного.
– Что-нибудь вроде подмены костей? Я прав?
Мария от изумления открыла рот, а Мартин недобро ухмыльнулся:
– Ты думала, что Росс играет с круглыми идиотами? Нет, детка, мы – профессионалы. А потому в один миг его застукали.
Мартин закурил:
– Я сразу понял, из-за чего ты сломалась. Неужели он не сказал тебе о том, что собирается делать?
– Нет. Не сказал.
– Хорош друг. Но мы и это вычислили.
– Но если вы все знали, почему позволили ему выиграть? Ведь он вас обманул...
Джокер доверительно улыбнулся:
– Старик Росса многое держит в своих руках, и мы давно искали случая его прижать. Теперь папочке не отвертеться. Придет время, и наши денежки окупятся, да еще с процентами. Главное – терпение. Ну, а Росс обязательно сюда вернется, они всегда возвращаются. Это – закон.
Оркестр перестал играть в начале первого. Слава Богу, что сегодня будний день, поэтому Мария танцевала всего шесть часов. Другое дело – пятницы и субботы, когда приходится работать с пяти вечера до двух ночи, так что едва хватало сил доплестись домой.
Мария аккуратно повесила в свой шкафчик бальное платье и, мельком глянув на себя в зеркало, выбежала из «Золотого сияния».
В этот ночной час улица еще сверкала огнями, шумела голосами людей и автомобильными гудками. Неподалеку от входа в танцзал томился в ожидании высокий блондин. С тех пор, как Мария пошла работать, он каждый вечер ее встречал возле «Золотого сияния» и провожал до самого дома. Весело размахивая сумочкой, она подбежала к парню:
– Привет, Майк!
Он радостно заулыбался:
– Здравствуй, крошка!
Молодые люди зашагали в ногу по темному тротуару.
– Майк, ты теряешь из-за меня слишком много времени. Я прекрасно могу обойтись без провожатого.
– Но мне нравится тебя встречать.
