Тайлер Скотт был для Хейли боссом, обольстителем, отцом ее маленькой подружки, но девушка и на мгновение не могла поверить, что однажды, наперекор всем ее страхам и сомнениям, он станет для нее единственным мужчиной — ее мукой и счастьем.Книга написана под псевдонимом Эрин Сент-Клер.
— Мисс Эштон, — произнесла Хейли, нажав светившуюся на панели интеркома кнопку.
— Это Доусон. — По тому шипению и потрескиванию, которые вырывались из динамика интеркома, Хейли Эштон догадалась, что охранник связался с ней по рации. — Мисс Эштон, подойдите, пожалуйста, к «Сайдуиндеру», и поскорее! Здесь творится черт знает что, и, главное, никто не может понять, в чем дело.
Экстренный вызов, сразу же сообразила Хейли. Голос Доусона, этого надежного и неизменно спокойного мужчины, выдавал его замешательство.
— Что у вас там стряслось? — уточнила Хейли.
— Тут один посетитель устроил настоящее светопреставление. Орет на всех как укушенный, разве что сам не кусается. Насколько я смог понять из этих воплей, его дочка зашла в женский туалет и как в воду канула. Вокруг этого ненормального собралась целая толпа. Уже пошли разговоры…
— Я иду.
— Послать за вами электрокар? Сейчас такая жарища, что…
— Нет, я пойду напрямик, через служебную зону, Доусон, — перебила охранника Хейли. — Постарайтесь там всех успокоить. Папашу — в первую очередь.
— Попробую.
Мужчина отключил рацию, а Хейли устремилась к двери, на бегу бросив своей помощнице.
— Подмени меня, Шарлин!
Маленький стеклянный куб с табличкой «Офис» располагался рядом с центральными воротами парка аттракционов. Через турникеты тянулась вереница обвешанных фотоаппаратами туристов, которые волокли за собой детей, и Хейли, подобно ледоколу, приходилось прокладывать себе путь сквозь эту яркую и шумную толпу. Немилосердная сентябрьская жара сушила ей горло, обжигала легкие.
Возле одного из турникетов возникла длинная очередь. Какой-то мужчина с пеной у рта препирался с билетершей. Служащая увидела спешащую мимо Хейли, и в ее затравленных глазах вспыхнул огонек надежды.
— Мисс Эштон! — окликнула она начальницу.
Не тратя времени на выяснение отношений, Хейли сразу же обратилась к недовольному посетителю:
— Вас что-то не устраивает, сэр? — Мысли Хейли, однако, были заняты другим инцидентом — тем, который разворачивался сейчас у аттракциона «Сайдуиндер», американских горок.
— Да, она говорит, что я не могу провести своего малыша по этому льготному билету, — развязным тоном ответил скандалист. — А ведь ему — всего три года. Он все равно не сможет кататься на аттракционах для взрослых. Вот я ей и доказываю, что я имею право…
— Пожалуйста, проходите, сэр. Этот билет нас вполне устроит, — нетерпеливо проговорила Хейли. Разрешение шло вразрез с правилами парка, выставляло служащую в глупом свете и было несправедливым по отношению к остальным посетителям, которые заплатили за билеты для своих маленьких детей, однако у Хейли не было времени препираться — ее внимания требовала другая, гораздо более серьезная проблема. «Не забыть бы извиниться перед билетершей, которую я незаслуженно обидела», — подумала Хейли.
Мужчина рассыпался в благодарностях, но Хейли, едва удостоив его кивком, уже устремилась к калитке в высокой серой стене, за которой начиналась служебная территория, куда, разумеется, допускались лишь сотрудники парка. В этот субботний полдень в парке аттракционов «Серендипити» от посетителей было негде яблоку упасть, а чем больше в подобном месте народу, тем выше вероятность возникновения всяческих «нештатных ситуаций». В функции Хейли как менеджера по работе с посетителями как раз и входило сглаживать любого рода конфликты и разбираться с разного рода проблемами, кто бы их ни создавал — гости или сам всевышний.
Сандалии на низком каблуке не очень подходили для спортивной ходьбы, да еще по асфальту, который, казалось, плавился в лучах невыносимо жаркого солнца. Стройные ноги женщины облегала легкая белая юбка. Пот уже пропитал зеленую блузку, нагрудный карман которой — прямо под пластиковой карточкой с ее именем — украшала скромная эмблема парка. Волосы у Хейли были цвета темной меди и достигали плеч. Слава богу, что сегодня утром она догадалась собрать их пучком на затылке, иначе сейчас они бы безобразно трепались, прилипали к лицу и путались.
Ей удалось пересечь служебную зону за рекордно короткий срок, и теперь Хейли уже выходила через калитку на противоположной стороне. Только что закончилось одно из шести ежедневных представлений театра «Дороги кантри», и выплеснувшаяся оттуда толпа захлестнула спешившую женщину. На лице ее застыла обычная радушная улыбка, однако в мозгу бурлил настоящий водоворот мыслей: «Маленькая девочка спряталась в женском туалете. Зачем? Что с ней могло случиться?"
Несмотря на спешку, Хейли задержалась, чтобы подобрать с земли небрежно брошенный кем-то окурок и отправить его в стоявшую поодаль урну. В парке царил непреложный закон: сотрудник, который прошел мимо любого валяющегося на территории мусора и не устранил непорядок, немедленно увольнялся. Вот почему стараниями целой армии служащих в светло-зеленой форменной одежде в парке поддерживалась идеальная чистота. Чище не бывает даже в квартирке одинокой старушки.
