Областная дума готовится к выборам. В ход идут испытанные средства: грязные технологии, подкуп, махинации, шантаж, физическое устранение конкурентов. К власти рвутся местные уголовные авторитеты. Журналист Юрий Агейко пытается помешать им стать хозяевами области...
Губернаторский лимузин, распугивая синими мигалками и заунывным воем сирены автолюбителей и профессионалов, летел по разделительной полосе к зданию областной администрации. Иногда водитель резко принимал вправо, а то и вовсе, не сбавляя скорости, выскакивал на встречную полосу движения, объезжая самых упрямых шоферов. Другой бы только подивился искусству губернаторского рулевого, но Пьеру Кантоне, который считал, что уже в какой-то мере свыкся с лихорадочным и совсем непредсказуемым образом жизни в России, такая лихая езда была не по нутру.
Он постарался отвлечься, не обращать внимания на дорогу и ещё раз продумать ход предстоящего разговора с главой области. В кожаной папке для бумаг, которую Пьер Кантона не выпускал из рук, лежал план реконструкции и модернизации водосооружений. Он закрыл глаза и мысленно начал перелистывать страницы плана, который набросал ещё в Марфино, после того, как самолично побывал на всех объектах, обошел водо-насосные станции, своими руками прощупал соединительные швы трубопроводов и в конце концов убедился, что область располагает неограниченными запасами водных ресурсов. Это было важно знать, потому что реконструкция требовала немалых капиталовложений. А Кантона с детства привык считать деньги и прежде чем их вложить даже в какое-нибудь пустяковое дело, по несколько раз делал предварительные расчеты: стоит ли овчинка выделки? Водообъекты, большую часть акций которых хотел приобрести Кантона, того стоили.
Теперь он не сомневался, что при удачном стечении обстоятельств уже года через три на его банковские счета поступит первая прибыль. А когда на всех насосных будет установлено новейшее оборудование, старые нитки трубопроводов заменятся на новые, гораздо большего сечения, тогда и придет время приподнять тарифы на воду, и деньги потекут рекой. Но как бы не вертел цифрами и предположениями Кантона, как бы ни старался он заглянуть в ближайшее будущее, а все равно выходило так, что затраченные им на реконструкцию средства, смогут вернуться обратно только лет через пять. Опять же при удачном стечении обстоятельств: если местная дума без промедления примет закон о приватизации, если областная администрация выполнит свою часть программы, если таможенные органы не увеличат процентные ставки на ввоз импортного оборудования, и если, конечно, ему никто не станет ставить палки в колеса. Он, Кантона, не только понимал, но и видел, что Россия нынче стала огромной предпринимательской нивой, по которой носятся лихие люди и не брезгуют собирать совершенно чужой урожай. Какое-то седьмое предчувствие подсказывало ему, что из таких людей и его главный российский партнер — Денис Карлович Бурмистров.
Не успел он подумать о банкире, как в лимузине раздалась трель телефонного звонка, и через несколько секунд водитель, разгоняя машину по встречной полосе, передал ему трубку сотового телефона. Бурмистров сообщал, что всего лишь на четверть часа задержится и будет у губернатора ровно в десять часов пятнадцать минут. Это сообщение немного раздосадовало Кантону: ему хотелось, чтобы он был представлен областному голове не личным секретарем или помощником, а одним из влиятельных лиц в регионе, каким считался Бурмистров. К тому же ему вовсе не хотелось самому начинать разговор о модернизации водообъектов: губернатор мог истолковать это так, что не родное отечество, а прежде всего иностранный капитал притягивает руки к государственной собственности.
«Впрочем, мое дело предложить, а их — отказаться», — подумал Кантона, но тут же поймал себя на мысли, что такое положение вещей его явно не устраивало. Слишком много времени и средств он затратил на Россию. И теперь было бы непозволительной роскошью, бросить разработанный план и в одночасье от всего отказаться. Только на поездки и коньяк, пусть даже низкосортный и дешевый, которым угощали рабочих, было истрачена добрая сотня тысяч франков. Немало денег ушло и на девчонку, которую встретил Кантона в Центре знакомств и которая ему так понравилась.
А понравилась ли? Не ошибается ли в своих чувствах Пьер? Да, она симпатична, скромна и как ему показалось, независима. Стоило потратить немало усилий, прежде чем она приняла от него подарки — костюм и колечко с бриллиантом. Но в то же время она показалась ему слишком простой и наивной. Он не мог не заметить, как ей трудно порой поддержать разговор, и она улыбалась или хохотала по каждому поводу. Видать, девчушка без образования. Сможет ли он найти с ней общие интересы? Будет ли их союз счастливым, таким, о каком он мечтал? Как-то его старый товарищ, после очередного развода грустно улыбнулся и сказал фразу, которую он запомнил навсегда: «Семейная жизнь напоминает бесконечный обед. Вот только десерт подают в самом начале. А потом в блюдах все чаще попадается горький перец».
