— Проклинающий не был силён, но компенсировал сей недостаток хитростью, - вздохнула Эния, - он внедрил в ауру ребёнка слабенькое проклятие с накопительным эффектом. Изначально, оно не проявлялось никак. Но Эстель взрослела, проклятие срасталось с её аурой и с каждым годом становилось всё сильнее. Влияние его начало постепенно изменять внешность мисс Кроу, но никто того не заметил.
— Как… Я ведь… - я была шокирована, на самом деле.
— Ты ведь говорила, что твои родители красивые, Эстель. Помнишь? – тихо спросила Вио, - вот и объяснение, почему ты на них не похожа.
— Но как вы это определили? – наконец, спросила я через силу.
— Я целенаправленно искала проклятия, Эстель. Конечно, даже мне было непросто нащупать след старой порчи, однако… Это принесло плоды, - женщина, казалось, была горда собой.
— Хах… - я тяжело схватилась за голову. Всё это нереально, будто не со мной происходит. Но, собравшись с мыслями, я спросила, - вы можете снять проклятие?
В моём голосе послышалась отчётливая надежда.
— Скажем так… В качестве практического урока для моей практикантки: я могу это сделать, - улыбнулась Эния, - но процедура будет болезненной. Это проклятие, можно сказать, стало частью тебя.
Я понимающе кивнула. Надо же, ведь я не ждала каких-либо результатов от этой поездки… Но, в итоге, случайно раскрыла небольшую тайну, связанную со своим детством.
Все эти события, казалось, вели меня по цепочке именно к такому исходу. И поэтому…
— Я согласна провести операцию.
Чтобы посмотреть на своё истинное отражение.
* * *
… По ощущениям операция и впрямь была крайне неприятной. К моему нутру словно прилип настойчивый кусок клея и вот теперь его засохшие куски медленно и старательно вынимали пинцетом. Временами больно было так, что я тихонько скулила, закусывая нижнюю губу.
Данную процедуру магистр совершала вместе с Виолеттой и я слышала её нервное дыхание. То и дело подруга спрашивала:
— Тель, тебе точно не больно?...
А я лишь шипела в ответ. Могло быть и хуже?…
Всё это растянулось на несколько часов, после которых магистр наложила мне марлевую повязку на лицо.
— Придётся ночь провести в таком состоянии. Твоё лицо совершенно не привыкло к воздействию магии, которую до сих пор зеркалило проклятие. Теперь его нет и нужно дать своей коже привыкнуть.
Я неуверенно кивнула. Эту ночь мы провели в доме Виолетты, а наутро, когда пришло время снимать повязку, я внезапно смутилась.
Вдруг ничего не изменится? Я посмотрю на своё отражение и оно будет таким же непримечательным, как и прежде.
В любом случае: не узнаю, пока не проверю. И я медленно сняла повязку, крепко зажмурившись.
Открывать глаза было страшно, но любопытство пересилило чувство тревоги. Я посмотрела на себя в зеркало.
Это лицо… Оно и впрямь моё?
Знаете, я не превратилась чудесным образом в ослепительную красотку с белозубой улыбкой. Моя внешность всё ещё считалась весьма средней, однако, чем-то я неуловимо походила на собственную проекцию, созданную Преображариумом.
Светло-голубые глаза, небольшие ямочки на скулах. Цвет волос стал более насыщенным, будто набрался силы.
За этим лицом угадывалась я прежняя, но меня словно основательно отполировали очищающим средством.
Это было странно… Странно приятно. Мне до сих пор не верилось в то, что эта внешность – истинно моя. Казалось, где-то рядом сейчас пролетит фея-крёстная, махнет крыльями и – пуф! Все растворится в воздухе.
В дверях застыла Виолетта. Когда я обернулась, подруга радостно хлопнула в ладоши и заключила меня в удушающе-крепкие объятия:
— Ты красавица, Тель!
Объективно говоря – я не изменилась кардинально, но… Красота – в глазах смотрящего. И я надеялась, что покажусь красивой ещё одному (не)человеку.
На экране мобильного светился пропущенный вызов от Лейвтарда и я коротко рассмеялась. Но прежде – позвонила родителям.
Мы говорили с ними долго, так долго, что и голос охрип. Они были шокированы также, как и я. Всё не могли поверить, что кто-то решился совершить такую гадость… Строили теории заговоров и тому подобное.
Я им не мешала, в глубине души осознавая, что найти этого человека спустя столько времени уже невозможно. Да и есть ли смысл?
Он, безусловно, подкинул проблем мне, но… Теперь я считаю, что все испытания были во благо. И не испытываю ненависти, или злобы.
В мире много злых людей, с этим приходится мириться. Самое важное, это (как бы банально не звучало) оставаться собой при любых обстоятельствах.
Раньше мне казалось: изменись моё лицо – и всё остальное тоже поменяется. Но теперь я чётко осознаю: внутри я всё та же неуверенная, но саркастичная заучка Эстель.
У меня те же цели и те же привычки. Я дышу тем же воздухом и люблю тех же людей.
И я просто хочу счастья. А путь к нему начался задолго до «возвращения» себе прежнего облика.
Осталось только сделать один, решающий звонок.
* * *
Обратный путь в Леорию дарил привкус воодушевления на губах. Мы с Виолеттой переглянулись, прежде чем окончательно сойти с оживлённой вокзальной платформы.
Я немного нервно одёрнула юбку и шумно вздохнула, призывая себя к спокойствию.
