- Очнись, друг, очнись, герой. Устояли, выдержали! Понимаешь, устояли! Пришла поддержка. Пришла! - кричал Горюшкин потерявшему сознание Хохрякову.
«Тигры», огрызаясь, отходили. Одновременно с подкреплением на шоссе вышли танки соседней бригады.
Этот бой сделал побратимами Николая Горюшкина и Семена Хохрякова.
В прошлом оба они шахтеры. Хохряков с Урала, Горюшкин с Донбасса. И как уральская природа не похожа на украинскую, так эти два человека своей внешностью и характером не походили друг на друга. Невысокий, смуглолицый, худощавый и очень подвижный Горюшкин и статный, светловолосый, уравновешенный Хохряков. Горюшкин способен был принять в бою лихое, опрометчивое решение и, стремясь осуществить его, часто шел напролом. Хохряков свои решения тщательно обдумывал, сдерживал страсти и выполнял приказы мастерски, показывая и смекалку, и мужество. Сказывалась и армейская закалка. У Хохрякова за плечами была хорошая школа - механик-водитель в боях у озера Хасан, военно-политическое училище, комиссарство… Военный же опыт Горюшкина был меньшим. Офицером он стал на войне с фашистами.
В бою Горюшкин и Хохряков удачно дополняли друг друга, и их батальоны взаимно действовали; как хорошо сыгранный оркестр. Командование знало это и в нужный момент поручало решать сложные задачи комбатам-побратимам.
…Первые дни января 1945 года. Штаб третьей гвардейской танковой армии. Генерал-полковник Рыбалко склонился над столом и внимательно смотрел на развернутую карту. Красная стрела, начинаясь от берегов Вислы у Сандомира, пересекала карту с востока на запад. Ее заостренный конец упирался в левый берег Одера у города Оппельн. Это был путь наступления танковой армии. Сроки захвата рубежей до предела сжаты. Как уложиться в них? Как добиться, чтобы наступление частей было стремительным и всесокрушающим. Командарма смущало то, что в нескольких десятках километров южнее полосы наступления армии находится такой крупный город и узел дорог, как Ченстохова. Там могли быстро сосредоточиться значительные силы врага, способные нанести контрудар во фланг наступающих частей. И командарм принял решение: не задерживая наступления и не ослабляя ударной силы танковых корпусов, небольшими силами захватить Ченстохову, обезопасив тем самым фланг и тыл армии.
И вот перед командиром корпуса стоят два молодых офицера - командир танкового батальона Герой Советского Союза майор Хохряков и командир мотострелкового батальона Герой Советского Союза капитан Горюшкин.
- Вам надо пройти шестьдесят километров по территории, занятой врагом, стремительно ворваться в город и захватать его жизненные центры. Не пытайтесь захватить весь город. У вас для этого нет сил. Видите выделенное на карте - вокзал, телеграф, электростанция, дороги, ведущие в город с юга и запада? Захватите их и держите до подхода стрелковых пастей. Как это сделать - решите сами, вам мастерства не занимать. Храбрости тоже. Командиром отряда назначаю майора Хохрякова, заместителем - капитана Горюшкина. Ночью колонна танков с десантом автоматчиков на броне свернула с основного направления на юго-запад. Танки шли на большой скорости. Командир разведки, выполняя приказ, действовал необычно. Его донесения звучали примерно так: «Достиг пункта N. Незначительный гарнизон врага разгромлен». Но вот в очередном донесении прозвучали нотки тревоги. «Захваченные пленные показали, что по гребню высот западнее X проходит подготовленная линия обороны. Противотанковый ров. Проходы через ров заминированы и подготовлены к взрыву. Минные поля. Артиллерия на огневых позициях».
Командир отряда остановил колонну в молодом хвойном лесу. Хохряков, Горюшкин и начальник штаба отряда развернули карту на броне танка. Вот они, эти высоты. Вот здесь по восточным скатам - противотанковый ров. Конечно, здесь - минные поля… Ввязываться в бой на такой позиции невыгодно. Да и нельзя - будут утрачены и внезапность и стремительность.
Сосредоточенно глядя на карту, офицеры молчат. Каждый решает про себя сложную задачу: как прорваться к городу, не теряя времени и с наименьшими потерями.
- А что если,- выпрямился Горюшкин,- одну грузовую автомашину с отделением автоматчиков подвести к шоссе у противотанкового рва, вот отсюда, из лесочка… - и он коротко излагает свой план.
Хохрякову план нравится. В нем не только дерзость. Здесь и военная хитрость, и обоснованный расчет. Шоссе, конечно, пристреляно, и потери будут, но надо сделать, чтобы они были небольшими. Главное же - выигрыш во времени.
И вот, покачиваясь на выбоинах проселочной дороги, из лесочка медленно выползает облепленный снегом грузовик и движется к противотанковому рву. Мотор его работает неровно и тянет плохо, хотя кузов и кажется пустым. Старенькая, ничем не примечательная машина. Какой-то гитлеровец-сапер нехотя выходит из землянки. Надо же проверить, что за машина. Увидев солдата, шофер спокойно останавливает машину. Из кузова сухо щелкает выстрел. На выстрел выскочили еще два солдата и, видя наведенные на них автоматы, подняли руки вверх.
