Он был взволнован, но паники в голосе не слышалось. Глафира невольно им залюбовалась. Правду Назирка говорила, в нем что-то есть: эти седые виски, темно-серые глаза и даже старомодные усы. Действительно похож на дипломата. Тут прав Венька. Глаша так засмотрелась на Торопова, что не сразу поняла, о чем это он. В себя ее привели испуганные возгласы однопартийцев:
– Что?! Не может быть! Бред! – раздалось со всех сторон.
– Бред не бред, а Вениамин сказал, что это так. Я сейчас еду на Старосельскую, постараюсь чем-то помочь, – Сергей Ефимович направился к двери.
– Но ведь там пока полиция, разборки… Что мы-то сможем сделать? – спросила Аллочка Кучинская. – Будем только под ногами путаться.
Глаша с Назирой точно подметили, она – вылитая Памела Андерсен. Даже в дебильной клетчатой рубахе она умудрялась быть сексуальной. Кира на фоне зеленой клетки совсем потерялась, такая жалкая. А Аллочка – поди ж ты!
– Ребята, вы о чем? Вдруг там кто-то ранен или погиб? А вы про это даже не подумали, – возмутилась Сологубова.
Сразу видно, что Врачиха. Кто про что, а эта сразу ранен, погиб…Вот как человек может так жить?
Кучинская ахнула и схватилась за щеки:
– И правда! Что мы за люди?!
– Никто не погиб. Я только что позвонила Вене, – сказала Кира, возвращаясь к столу.
Ни фига себе, она «позвонила Вене». И когда только успела! Деловая!
– Причем, никто не погиб по чистой случайности, – продолжила Кораблева. – Их Востриков вызвал в центральный офис, и они пошли туда во время обеда. Только-только вышли из подъезда, а тут как рванет.
И тут Глаше стало так страшно!
– Ни фига себе, а вдруг и нас сейчас взорвут?! – выкрикнула она. – Ведь могут, вон по телеку постоянно всякие ужасы показывают.
Сергей Ефимович нахмурился:
– И правда, давайте-ка быстренько отсюда. Служба безопасности все проверит, тогда можно будет вернуться.
Работники офиса быстро двинулись к выходу, стараясь сдерживать панику. Посетителей, слава богу, в коридоре не было. Кира прицепила на дверь листок, на котором написала, что приемная закрыта по техническим причинам.
Прямо бесит со своей предусмотрительностью. И Вене она позвонила, и записочку на дверь налепила… Неужели она на самом деле такая, или выслуживается?
– Райком закрыт, все ушли на фронт, – почему-то сказала Сологубова.
При чем здесь фронт?
Посоветовавшись, они решили вместе отправиться на Старосельскую.
Около филиала «Возрождения» было многолюдно. Полиция, саперы, пожарные, зеваки, телевидение…
Красавчик Похлебкин стоял перед камерами и рассказывал о происшествии. Его взгляд горел праведным гневом.
– У вас уже есть своя версия произошедшего? – на сей раз вопросы задавал сутулый парень в маленьких очочках и с презрительным взглядом.
– Версия есть, но я бы воздержался ее оглашать вслух. Поймите, для нашей партии «Народная власть» очень важно все время находиться в правовом поле. Мы не можем назвать виновных до того, как их обозначит суд, – бойко ответил Похлебкин.
– Ну а все же, это ваши политические конкуренты? Или, может быть, ответ на так называемое закрытие притона на улице Победы? – журналист был горд своей смелостью. Слова «так называемое закрытие» он подчеркнул язвительной интонацией. Мол, знаем мы вас, сами подожгли, а теперь тут из себя корчите!
Похлебкин дернул бровями и опустил взгляд в землю. На губах его мелькнула загадочная полуулыбка. Пару секунд он молчал, а потом поднял на журналиста глаза, и с некоторой запинкой, как бы решившись, сказал:
– Все возможно. Могу сказать лишь одно: мы кому-то мешаем, а значит, мы все делаем правильно. И нас не запугать. На место одного погибшего встанет двое новых бойцов.
– А что, есть жертвы? – оживился журналист.
Похлебкин понял, что погорячился и дал задний ход:
– Да нет, это я фигурально выражаюсь. Просто, мы в дальнейшем усилим работу по борьбе с теми недостатками нашего общества, с которыми не можем смириться.
– А как так получилось, что все остались живы? Случайность? – ернически спросил очкарик. Было понятно, что в случайности он не верил.
В этот момент подъехали «искровцы», и внимание журналиста переключилось на них.
– Я вижу еще представителей партии «Народная власть». Кто вам сообщил о теракте? – ринулся он к Торопову с микрофоном наперевес.
– Мы узнали от одного из наших сотрудников о ЧП в филиале «Возрождение», и не смогли остаться в стороне. Вот, приехали всей командой, – и Сергей Ефимович Торопов указал на подчиненных.
Кира подошла к Вострикову, стоящему в стороне рядом с супругой:
– Здравствуйте, Антон Семенович, Элла Эльдаровна.
– Здравствуй, Кирочка. Видишь, какие дела творятся? – Востриков промокнул лоб носовым платком.
– А что полиция говорит? – Кира была очень расстроена.
– Ну что они скажут, Кирочка? – Востриков кивнул головой на толстого одышливого капитана с апоплексическим лицом. – Он ведь только и мечтает поскорее добраться домой да выпить кружку холодного пива.
