Клуб мы с Дэном покидаем вместе. От души натрахавшись и напившись виски, буквально вываливаемся из здания, где у въезда нас уже ждет моя машина с водителем.
— Маратик, мы прогуляемся, — машет ему Дэн и тянет меня в сторону тротуара.
— Куда мы гулять пойдем? — смеюсь я. — Третий час ночи.
— Чуток, Мот, не будь занудой.
Мы тащимся по тротуару, а чуть позади за нами ползет моя машина.
— Я все думаю о том, что сказал папа, — заплетающимся языком говорит брат. — Слушай, я бы хотел хорошую девочку.
— Хорошие девочки ищут хороших мальчиков, а мы с тобой далеки от этого определения.
— Хуйня это все. Наверняка в этом городе есть славная папина доченька, которая поведется на меня.
— Пока не узнает твоей сущности, — хмыкаю я.
— А что с моей сучностью… сущностью не так?
— Оговорка по Фрейду, — улыбаюсь. — Сучность — это именно о тебе. Ты же вытрахаешь ей весь мозг своими загулами.
— Эй! В семье должен быть кто-то, кто регулярно портит ее репутацию. Я решил взять на себя эту тяжелую ношу. Но хорошую девочку хочется, хоть я и понимаю, что достанется мне какая-нибудь сука, которая будет регулярно выносить мозг. Как думаешь, кого папа выберет для тебя?
— Мне похер.
— Да ла-а-адно! Похер ему! Нет, вы это слышали? — вскрикивает он в тишину. — Как зарядит тебе какую-нибудь суку, которая только и будет, что мозг выносить, охренеешь от этого.
— Дэн, пустой разговор, — обрываю его. — Мы все равно ничего не изменим. Все, что нам остается, — это насладиться временем, пока мы еще свободны, а потом смириться и попытаться построить жизнь с той, кого выберет отец.
Агата
Лежа на кровати на животе, листаю фотографии Матвея. Я убеждаю себя, что пора уже как-то связаться с ним, заявить о себе. Но страшно просто до трясучки. Что я ему напишу? И как переживу, если он меня пошлет? А так наверняка и будет.
С тяжелым вздохом падаю головой на подушку. Ну почему так сложно-то? Телефон пиликает, и я, повернув голову, смотрю сообщение. Оно от Семена. Начинаю перебирать в голове знакомых и, хоть убей, не могу вспомнить никого с таким именем. Но он же почему-то записан в моей телефонной книге. Открываю сообщение.
Ну надо же, даже запятые правильно расставил. Слегка хмурюсь, вспоминая, как выглядит этот Семен. Ага. Невысокий такой коренастый парень. Очень короткая стрижка и светлые глаза. Голубые, точно! Симпатичный. Немного не в моем вкусе, потому что он кажется нерешительным. Но в целом… А что я теряю от свидания с ним? Да ничего.
Переворачиваюсь на спину и пялюсь в потолок. Мне хочется отношений. Хочется, чтобы появился парень, который будет заботиться обо мне. Любить и пылинки сдувать. Только не сильно, иначе мне станет с ним скучно. У меня в старших классах такой был. Звали Петей. Хороший мальчик, который исправно таскал цветы, целовал под луной и даже цитировал стихи. Первое время мне это нравилось, а потом уже захотелось от него каких-то более решительных действий, но он продолжал ухаживать с такой же вялой интенсивностью, как и начал. Вскоре мне стало скучно с ним, и мы расстались.
Теперь же мне хочется страсти. Мощной, с переживаниями и отрывом башки, как говорит мой младший брат. Я дожила до двадцати лет, ни разу не испытав такие мощные эмоции. Их во мне вызывает только Матвей Громов, но в одностороннем порядке сила этих чувств как будто не ощущается на полную катушку. В общем, мне нужен кто-то, кто взбудоражит и всколыхнет. Может, Семен как раз такой?
Добавляю адрес школы и, получив в ответ радостное “Супер”, снова блокирую телефон.
И все равно это ощущается так, как будто я пытаюсь заменить одного другим. Интересно, какой Матвей в отношениях? Обычно он холодный. Выглядит так, как будто внутри у него совсем нет чувств. Как машина. И мне чертовски сильно хочется раскачать эту машину, вызвав в ней эмоции.
Вскочив с кровати, тороплюсь на кухню, где мама делает заготовки обедов на целую неделю.
— Мам, можно задать вопрос? — спрашиваю ее и, приземлившись на стул, на автомате беру кружочек теста, вкладываю в него мясную начинку и начинаю соединять пельмень. Мама смотрит на меня, слегка приподняв брови.
— Конечно.
— Как можно… м-м-м… соблазнить взрослого мужчину?
— Насколько взрослого? — прищурившись, спрашивает она.
— Не сильно взрослого. Всего на четыре года старше меня.
— Так это еще не взрослый мужчина, — с облегчением выдыхает мама.
— Мне кажется, он таким уже родился. Взрослым.
— Как его зовут?
— Матвей, — после пары секунд раздумий отвечаю я.
