Я пишу это письмо и не знаю, попадет ли оно Вам в руки, потому что отправляю не совсем обычной почтой и боюсь, что оно может Вас не застать в Москве.
Выполняя просьбу Вашего мужа, Гайдара Аркадия Петровича, сообщаю Вам, что он погиб от рук фашистских варваров 26 октября 1941 года. Мне трудно писать эти строки, но я обещал ему исполнить его просьбу, как будет только возможность сообщить о его смерти Вам. И вот только теперь представилась эта возможность.
Вы знаете, что Аркадий Петрович последнее время был корреспондентом Юго-Западного фронта. До последнего времени он был в Киеве. Когда образовалось окружение, то Гайдару предложили вылететь на самолете, но он отказался и остался в окружении с армией. Когда часть армии была разбита, то мы, выходя из окружения, остались в партизанском отряде в Приднепровских лесах. И однажды мы ходили по продукты на свою базу и нарвались на немецкую засаду, где и был убит тов. Гайдар Аркадий Петрович.
Его могила находится в Полтавской области, около железной дороги, которая идет с Канева на Золотоношу. Если ехать с Канева, то надо доехать до станции Леплява и затем пойти пешком до 1-го переезда в направлении Золотоноши. Там есть будка, вот около этой будки на правой стороне железной дороги, метрах в пяти от полотна, и похоронен он.
Будочник знает могилу. И если когда-нибудь Вам придется побывать там, то Вы ее найдете.
Я кончаю писать, мне трудно теперь вспомнить то, что прошло, потому что мы любили нашего Аркадия Петровича.
До свидания.
Остаюсь — лейтенант С. Абрамов.
Это письмо я передаю из временно оккупированной Украины.
Привет всем, всем, всем от товарищей-партизан, знавших его.
Мы обещались отомстить врагу за то, что они его убили, и мы отомстим так, как умел мстить тов. Гайдар. Он всегда храбро дрался и геройски погиб.
Последнее письмо от Аркадия Петровича пришло из Киева:
Воюю в тех же местах, где начинал воевать в гражданскую, — сообщал он сыну. — Знай, что все будет хорошо. Учись и не очень скучай. Может быть, мы скоро увидимся.
4 октября 1941 года в «Комсомольской правде» появился очерк Гайдара «Ракеты и гранаты». Потом долгое молчание. И вот первая весть...
Письму лейтенанта Абрамова не хотелось верить. Думалось, может, это одна из тех ошибок, тяжелых и все-таки счастливых, что случаются на войне. Писал же сам Гайдар о лихом солдате Семене Бумбараше, полковыми писарями похороненном, деревенским попом отпетом, родными скупо оплаканном, который однажды пришел и постучал в двери родного дома.
Но точное описание места гибели оставляло мало надежд.
Тем же летом и опять в Союз писателей пришла открытка от неизвестного полковника Орлова. Он сообщал, что располагает сведениями о специальном корреспонденте «Комсомольской правды» писателе Гайдаре Аркадии Петровиче, с которым пробыл значительное время, а затем расстался.
Ему тут же ответили первая жена Гайдара, Лия Лазаревна Соломянская, и Тимур.
