Иван Кузьмич сделал несколько пометок красным карандашом на командирской карте и обратился к своему помощнику Константину Спижевому:
— Вот здесь поставишь «максимы», а это направление оставь свободным. Когда их разведка пройдет, выдвинешь ручные пулеметы. Будьте осмотрительнее. Пусть немецкие дозоры пройдут без помех. Когда подойдут основные силы, только тогда открывайте огонь. Вовк находится вот в этой сосновой рощице. Когда вы отобьете первый натиск пулеметами, Вовк пустит в дело своих кавалеристов. В помощь тебе даю Бутенко и Алексеенко.
— Все понятно, — сказал Спижевой. — Разрешите выполнять?
— Выполняйте!
Командир свернул карту и спрятал ее в полевую сумку.
— Людей берегите. Особенно следите за ребятами. Они ведь по существу еще дети. Смотрите за ними.
— Хорошо. Нашего Сережу пули не берут, — весело сказал Спижевой и крикнул: — Эй! Где там наш Амангельды? — так в отряде часто называли Серика. — Давай-ка сюда, дело есть.
Серик подбежал к командиру. Тот знаком приказал ему следовать за собой и быстро зашагал к небольшой группе партизан, выстроившихся на опушке леса. Вскоре партизаны скрылись в лесу. Вслед за первой двинулась вторая колонна. Она направилась в сторону лагеря, чтобы предотвратить нападение карателей на беззащитную партизанскую базу.
Спижевой осматривает в бинокль дальнюю высоту. У ее подножия виднеются белые домики под соломенной крышей. Это — Григоровка, родное село Спижевого. Здесь он родился, провел юные годы. Сейчас там находятся его престарелая мать Софья Павловна и старшая сестра Надежда Ивановна. Трудно им приходится. Много горя принесли немцы семье Спижевого. Фашисты повесили его отца, и только случайно остались в живых мать и сестра. Но их ждала та же участь.
Константин Спижевой узнал о расправе с отцом, когда вышел из окружения и пробрался в родное село. Спижевой не опустил рук. Он связался с подпольем и стал бороться против оккупантов. Вместе с Емельяном Ломако и братьями Горовенко Спижевой руководил работой подпольных организаций Переяславского и Каневского районов. Потом его, как военного человека, направили в партизанский отряд. Спижевой стал опытным партизанским командиром. Не случайно Примак доверил ему сегодня самую важную часть операции.
Широконос Надежда Ивановна — партизанка-разведчица.
Командир переводит бинокль на сосновую рощицу, где притаились конники Вовка. Долго глядел и никого не увидел. Он было забеспокоился, но потом понял, что партизаны хорошо замаскировались. Справа от леска показались немцы. Спижевой без труда отличил среди них предателей-полицаев. Они были одеты в черную форму. Навербованные из подонков общества, полицаи были страшнее немцев. Они хорошо знали местность, а жестокость их не знала границ.
Враги скрылись в большой ложбине. Через некоторое время они снова появились и цепью двигались вперед. Теперь немцев хорошо видят Борис и Серик. Ребята укрылись за деревьями. Они то и дело поглядывают на командира и не понимают, почему он до сих пор не приказывает открыть огонь. Ведь враги близко. Командир, словно поняв волнение ребят, дает им знак, что, мол, еще рано, еще нельзя обнаруживать себя.
Но вот враги подошли совсем близко. В их сторону взлетела красная ракета. Тут же заработали пулеметы. Немцы смешались и повернули назад. Вслед им полетели гранаты. Из рощицы выскочили конники Вовка. Враги в панике бежали к Днепру, надеясь в воде спастись от преследования. Большой группе немцев и полицаев удалось оторваться от партизан.
— Серик! — крикнул командир. — Скачи к группе Янцелевича. Пусть он перехватит немцев у Днепра!
Серик вскакивает на своего Белолобого и мчится к Днепру, в обход убегающих немцев. Враги оправились от первых неудач и теперь метко отстреливались. У партизан появились раненые. Особенно пострадали конники, бывшие в самых жарких местах боя. Не повезло и Серику. Немецкие пули свалили Белолобого, а одна из них попала в руку мальчика. Но немцы не спаслись. Партизаны отряда Янцелевича все-таки настигли их у берега Днепра и перебили.
Поздно вечером в лагере собрался весь отряд. Партизаны праздновали победу. А на другой день командир отряда в торжественной обстановке вручил Серику Мергенбаеву и Борису Савченко личное боевое оружие. Это означало, что они теперь стали полноправными партизанами.
Борис с Сериком возвращались из разведки. Долго колесили они по Переяславскому району, добыли много ценных сведений, и настроение у ребят было хорошее. Против села Зарубенцы мальчики решили свернуть к Днепру и пробираться дальше прибрежными кустами. По берегам реки здесь на много километров идут тальниковые заросли. Они надежно укрывают путника от посторонних глаз, защищают от палящего летнего солнца.
А жара в тот день стояла сильная. Ребята устали, поэтому собрались немного отдохнуть на берегу и выкупаться. Но когда они подошли к реке, то увидели двух человек, оживленно барахтающихся в воде. На песке горкой лежала одежда купающихся, а рядом, прислоненные к дереву, стояли две винтовки.
— Немцы! — зашептал Серик. — Ишь ты, купаться захотелось.
