Сэнди нажал на кнопку «стоп». Пленка остановилась, но голоса в номере, казалось, звучали еще по меньшей мере минуту. Собравшиеся молчали, пытаясь поточнее запечатлеть в памяти услышанное.
— Это лишь небольшой эпизод, — усмехнулся Сэнди.
— Когда можно будет получить остальное? — спросил Джейнс.
— При хорошем раскладе — через несколько часов.
— Ваш клиент согласится дать показания федеральному большому жюри? — встрепенулся Спролинг.
— Да. Однако он не может обещать выступить в суде.
— Почему?
— А тут и объяснять нечего. Такова его позиция. — Сэнди распахнул дверь и попросил помощника убрать стол и технику, а затем вновь повернулся к гостям: — Вам, видимо, хочется поговорить. Я выйду. Чувствуйте себя как дома.
— Здесь мы говорить не будем. — Джейнс вскочил. Он отлично знал, особенно после истории с Патриком, что любое помещение не так трудно опутать проводами. — Давайте пройдем в наш номер.
— Решать вам, — сказал Сэнди.
Взяв портфели, мужчины потянулись к двери. Обе Линды кинулись в спальню — покурить.
Сэнди сварил кофе и уселся ждать.
Они собрались в номере двумя этажами ниже. Сброшенные пиджаки полетели на аккуратно застеленные кровати.
Шофера вместе с ассистентом Маста Джейнс попросил подождать в коридоре: предстояло обсуждение слишком важных вопросов.
Больше всех терял от предложенной сделки Морис Маст.
Если обвинения, выдвигаемые федеральными властями, будут сняты, его роль сведется к нулю. Грандиозный процесс лопнет как мыльный пузырь. Опередив всех, Маст посчитал своим долгом высказать свое мнение.
— Мы будем выглядеть полными идиотами, если позволим ему откупиться так дешево, — заявил прокурор, поворачиваясь в сторону Спролинга, тщетно пытавшегося устроиться поудобнее в неуклюжем деревянном кресле.
На служебной лестнице Спролинг стоял ступенькой ниже генерального прокурора, но куда выше самого Маста. Господь с ним, несколько минут можно из вежливости послушать подчиненных, а затем, уединившись с Джейнсом, принять окончательное решение.
Глядя на Т. Л. Пэрриша, Джейнс спросил:
— Вы уверены, что обвинение Лэнигана в умышленном убийстве не провалится?
Человек весьма осторожный, Пэрриш прекрасно понимал, что любое его слово запомнится этой компанией надолго.
— Подобная формулировка может вызвать ряд осложнений. Скорее, это будет убийство по неосторожности.
— Что за него полагается?
— Двадцать лет.
— Сколько он отсидит?
— Около пяти.
Странно, но ответ, казалось, удовлетворил Джейнса человека, всю жизнь привыкшего считать, что преступник должен получить справедливое наказание.
— Ты согласен, Каттер? — спросил он.
— Не хватает фактов, — отозвался агент. — В том, что касается умышленного убийства, мы не в состоянии доказать, кто, как, когда и где стал жертвой. Мы думаем, нам известно почему, но на суде все это превратится в кошмар. Убийство по неосторожности выглядит намного проще.
— А судья? — повернулся Джейнс к Пэрришу. — Он приговорит Лэнигана к максимальному сроку?
— Если судья будет убежден в факте убийства, думаю, он даст ему двадцать лет. Вопрос досрочного освобождения решается администрацией тюрьмы.
— Можем ли мы со спокойной совестью исходить из того, что следующие пять лет Лэниган проведет за решеткой? — Джейнс огляделся по сторонам.
— Да, безусловно. Но никто не собирается снимать с повестки дня и умышленное убийство. Мы рассчитываем на поддержку нашего аргумента о том, что Лэниган убил человека, чтобы получить возможность украсть деньги. Здесь уже речь будет идти о смертной казни, но даже если его признают виновным просто в убийстве, остаток дней он может провести в тюремной камере.
— А какая нам разница, будет ли он отбывать срок в Парчмэне или в федеральной тюрьме? — Для самого Джейнса разницы не было.
— Уверен, у Лэнигана свое мнение по данному вопросу, — усмехнулся Пэрриш.
Оставаясь самой значимой фигурой будущего суда, он приветствовал сделку. Фэбээровцы и Маст унесут ноги. Пэрришу внезапно захотелось подвести Маста еще ближе к краю пропасти.
— Нисколько не сомневаюсь, — бодро сказал он, — что Патрик будет отбывать свой срок в Парчмэне.
Масту с трудом удалось сдержать негодование. Покачав головой, он нахмурился:
— Не знаю. Думаю, все мы станем походить на глупцов, если допустим такое. Нельзя ограбить банк, оказаться пойманным и обещать вернуть деньги в обмен на свободу. Справедливостью не торгуют.
— Дело обстоит несколько сложнее, — сказал Спролинг. — В водоеме оказалась крупная рыба, а Лэниган поможет ее поймать. Украденные им деньги тоже украдены. Мы просто вернем их налогоплательщикам.
Спорить со Спролингом Маст не решился.
Джейнс повернулся к Т. Л. Пэрришу:
— Прошу у вас прощения, мистер Пэрриш, но не могли бы вы на пару минут оставить нас одних? Федералам необходимо кое-что обсудить.
— Конечно. — Прокурор вышел в коридор.
«Хватит болтовни, — сказал себе Спролинг. — Пора заканчивать».
