Я был в Чехословакии как раз перед тем, как закрылся «железный занавес». В церкви на первом ряду, как раз напротив меня, сидели президент конференции и кассир. Когда я узнал о их жизни, я подумал: «Этим людям следовало бы здесь говорить, а не мне». Ради своей вести они четырнадцать раз были в тюрьме. Там, в Чехословакии, есть один городок, который во время Богемской религиозной войны стал центром евангельской работы. Это был центр сопротивления папству, но все же и он пал под натиском католичества. Тех двух братьев, председателя и кассира, бывших в ту пору в этом городке, бросили в тюрьму. Находясь там, они пели, молились, читали Библию. Ночью к ним подошел тюремный надзиратель, пожелав узнать, что это за люди. Он сказал: «Здесь сидели коммунисты, нацисты, убийцы. Они ругались, проклинали все на свете, кричали. Но никто еще при мне не пел здесь и не молился Богу. Кто вы такие?» Они сказали ему, что они слуги Божьи. «О, — сказал он, — моя жена с удовольствием послушала бы такое пение. Не хотите ли вы выйти на кухню и петь там?» Была ночь. Он потихоньку, чтобы не слышали другие тюремщики, вывел их на улицу. Когда они вошли на кухню, он спросил у них: «Не голодны ли вы?» «Да». Тогда жена надзирателя приготовила им ужин. После этого они пели, читали Библию, молились. Так повторялось каждую ночь, до тех пор, пока страж и его жена не были приведены к Богу и к этой великой вести. Теперь в том городе у нас имеется община, а вышеупомянутый надзиратель — ее пресвитер. Чтобы организовать для Бога общину, председатель конференции и кассир должны были попасть в тюрьму.
Поэтому я и верю, что если бы большинство президентов наших конференций попало в тюрьму, у нас появилось бы больше общин. Если бы ради своего Бога наши кассиры и проповедники не побоялись попасть в тюрьму, то было бы новое начало, не так ли? Мы бы все за них молились, и Бог творил бы через них великие дела, какие творил через Павла и Силу.
О, пусть ни о ком из нас нельзя будет сказать: «Он может хорошо и понятно говорить, но в его проповеди чувствуется мало духовности. Его призывы не трогают сердце. Сказано много слов, но люди не почувствовали нежного прикосновения Спасителя. Грешники не обращены и не приведены ко Христу». Но пусть справедливы будут слова, сказанные о нас: «Когда он проповедует, кажется, что Иисус находится вблизи нас. Грешники легко ощущают близость Христа и Его желание даровать им спасение. Кажется, что даже в его голосе, в его взгляде есть нечто такое, что неуемной силой касается наших сердец. Он управляет нашими мыслями. В его сердце непременно должен быть Иисус, ибо Он говорит через этого человека, и даже по его голосу мы узнаем нежную любовь Божью». Даже интонация нашего голоса проповедует Христа.
Несмотря на всю нашу работу, на все наши уединенные занятия, на чтение множества книг по искусству проповедования, мы все же знаем об этом еще очень мало. Лично я знаю мало, я в этом совершенно уверен. Мы не в состоянии совершать работу так, как должно совершать. Мы все еще далеки от нашего идеала. Но все мы, друзья мои, можем в одинокой комнате обращаться к великой Божьей Книге. Открыв ее и встав на колени перед ней, сознавая все свое бессилие, сознавая ее величие, прося со слезами на глазах, мы можем ощутить в себе необходимые для работы силы. Там мы найдем прощение, Его присутствие, Его любовь. И после этой встречи, после этого разговора мы можем отправляться дальше, держа в руках зажженный факел; мы осветим тьму, мы сможем дать воду жизни жаждущему народу; мы сможем трубить в трубы, возвещая битву за жизнь. И тогда, — в назначенное Им время, благодаря Его милости, — мы войдем в святое присутствие Его навеки.
«Мы проповедуем Христа распятого»
Как–то мне рассказывали о человеке, который мог бы стать хорошим проповедником, если б у него не было двух недостатков. Во–первых, он никогда не разговаривал с людьми, во–вторых, ему нечего было им сказать.
Чтобы быть проповедником, человек должен иметь не просто что–то, что он мог бы передать людям; он должен иметь настоящую весть, которую умел бы донести до них. Эта весть, если он христианский проповедник, должна быть христианской проповедью Евангелия, которое, по словам апостолов, является единственным Евангелием. Эта весть рассказывает об Иисусе. Вы часто слышите, как люди говорят о той или иной проповеди Евангелия. Это слишком легкомысленные высказывания, ибо есть только одна проповедь Евангелия.
Один индейский вождь рассказывал о проповеднике, который посетил их племя, видимо, только для того, чтобы сказать им, что существует Бог. «Ты думаешь, мы об этом не знаем? — спросил его вождь. — Возвращайся назад, откуда ты пришел».
Тогда пришел второй проповедник и сказал им: «Вы не должны красть, вы не должны напиваться, вы не должны обманывать». Вождь ответил: «Ты думаешь, мы об этом не знаем? Возвращайся и говори об этом своему народу. Им это больше нужно».
