2) Было введено правило исключения високосов. А именно, предписано считать простыми, а не високосными годы, кратные ста, но не кратные четыремстам. Таким образом, в течение каждых 400 лет в григорианском календаре исключаются три високоса.
За счет этого правила исключения високосов григорианский календарь обгоняет юлианский на 3 дня каждые 400 лет. К настоящему времени разница между ними составила уже 13 дней вместо первоначальных 10-ти [393], с. 216. На рис. 2 мы приводим старинный — как считается, прижизненный — портрет папы Григория XIII, осуществившего реформу.
Григорианская реформа прямо связана с датировкой Никейского собора. Изъятие 10 дней, предписанное папой, имело своей целью изменить календарь таким образом, чтобы весеннее равноденствие приходилось всегда на одно и то же число марта, на которое оно приходилось во время канонизации пасхалии на Никейском соборе. Изъятые 10 дней — это рассчитанная авторами реформы величина смещения точки весеннего равноденствия от IV века (скалигеровская датировка Никейского собора) до 1582 года (эпоха самой реформы).
Но поскольку в основу реформы была положена ошибочная скалигеровская датировка Никейского собора, вычисления дали неверный результат. Для того чтобы достичь поставленной цели — то есть привести точку равноденствия к эпохе Никейского собора, — папе Григорию XIII следовало бы изымать из календаря не десять дней, а гораздо меньше. Ведь, как мы видели, разработка пасхалии происходила не ранее конца VIII века, а Никейский собор, следовательно, был еще позже.
Психологическое замечание. Для правильного понимания причин григорианской реформы и ее прямой зависимости от пасхальных правил и датировки Никейского собора надо прежде всего избавиться от распространенного предрассудка о якобы «правильном григорианском календаре» в противоположность «неправильному юлианскому». На самом деле это совершенно не так. Однако в сознании людей прочно укоренилось представление чисто пропагандистского характера о том, что, дескать, григорианский календарь «правильнее» юлианского, поскольку средняя продолжительность года в нем приближена к величине тропического года. При этом обычно забывают о том, что в юлианском календаре средняя продолжительность года находится примерно посередине между тропическим годом и периодом обращения Земли вокруг Солнца — что более грамотно с астрономической точки зрения, поскольку тропический год ничуть не «лучше» периода обращения Земли.
Обычно в качестве достоинства григорианского календаря выдают, что весеннее равноденствие почти не имеет в нем векового смещения по числам марта. Равноденствие всегда приходится в григорианском календаре примерно на 21 марта. Но привязка весеннего равноденствия к 21 марта и вообще — к какому-либо определенному дню календаря, не может служить критерием «правильности» календаря. Поскольку подобная привязка не имеет ни практического, ни церковно-догматического значения. Более того, григорианская реформа привела к определенным практическим неудобствам, вызванным возникшей неравномерностью исторической шкалы. Поэтому, например, при астрономических расчетах до сих пор часто пользуются юлианским календарем, в котором столетие состоит из целого числа суток (в отличие от григорианского, где это число — дробное) и который не содержит скачков. Григорианский же имеет скачок на 10 дней в 1582 году.
У читателя, возможно, уже возник закономерный вопрос: зачем папе Григорию XIII понадобилось приближать длительность календарного года к тропическому? Неужели папу до такой степени заботил вопрос о календарных сроках начала весенних посевных работ — причем даже не в его время, а на тысячи лет вперед? Ведь чтобы равноденствие сдвинулось в юлианском календаре всего на 1 месяц, нужно, чтобы прошло почти 4 тысячи лет.
