Робот тем временем наливал напитки.
– Простите, в каком положении? – я попытался улыбнуться. – Разве мы с вами знакомы?
Два месяца я летаю на Землю по пятницам и могу поклясться вам, что ни разу не видел его ни на одном корабле.
Мужчина отвел взгляд в сторону и ухмыльнулся.
– Наверное, я обознался. – он протянул мне руку. – Тафари Мабузе. Можно просто Тафари. Тогда за знакомство?
– За знакомство, – ответил я и мы выпили. Порция была маленькая, а я мечтал провалиться в забытье до самой посадки. – Бармен, повтори мне и моему новому знакомому.
Мистер Мабузе замахал рукой.
– Нет-нет, мне хватит. Схожу проведаю парочку знакомых, они тоже летят с нами.
– И много сегодня народу? Я кроме вас почти никого не видел.
Тафари протянул бармену деньги за выпивку и посмотрел в сторону большой двери напротив бара.
– Несколько человек. Наверное, все уже в каютах,– он встал и собрался уходить. – Чуть не забыл, Мистер Кармер. Как проснетесь после гипнокамеры, а они здесь, кстати, просто кайф – спускайтесь в игорный зал «Тихой ложи», вон за той дверью. Там соберется очень интересная компания.
Тогда-то мне и пришла в голову мысль, что это не мой рейс. Игорные залы были только на частных лайнерах, а я покупал самый дешевый билет. С другой стороны когда-то я уже летал на грузовых и военных кораблях, переделенных для перевозки пассажиров. Ничего не мешало корпорации купить модифицированный «Дионис» у какого-нибудь разорившегося миллиардера и использовать его как межпланетный автобус.
– Конечно, обязательно спущусь, – ответил я и допил виски. По правде говоря, я надеялся побыстрее забыть этого типа и уснуть.
А ведь если задуматься, офицер, меня спас мой алкоголизм. И безответственность.
В общем, когда до взлета оставалось 10 минут, я направился в свою каюту. Все отсеки на корабле соединяла одна большая лестница и лифт. На нем я и поднялся на второй этаж.
Скажу сразу: я не ложился в гипнокамеру. Знаю, что это «небезопасно и неприемлемо», что «даже дети знают как смена гравитации влияет на организм». Так и есть. Но я просто ненавижу гипнокамеры, ненавижу нейроинтерфейсы и все такое, что залазит к тебе в мозги и нажимает «Выкл». Алкоголь делает с головой тоже самое и справляется с этим намного лучше. Поэтому, после того как «любитель поговорить с попутчиками» ушел, я заказал еще моего любимого шотландского снотворного. Его было достаточно, чтобы проспать взлет, полет и приземление.
И ни в какой игорный зал я спускаться не собирался.
Я зашел в свою крохотную каюту и лег на койку, но спать не собирался. Я по опыту знал, что как только на корабле включится автоматическая гравитация – меня может стошнить. Лайнер тряхнуло. Голова закружилась, я схватился руками за койку, но все прошло: от хорошего виски меня вырубило. Может, это было очередное совпадение? Кто знает, как все обернулось бы, если бы я не отключился.
Короче, часа два я проспал спокойно, но потом естественная нужда дала о себе знать. В «Дионисах» каюты расположены сбоку от коридора, а туалет – в самом начале, около лестницы. Когда я сделал свои дела и, пошатываясь, вышел из туалета, тишину нарушал только гул вентиляционной системы.
Но вдруг я услышал рядом с лестницей чей-то голос. Потом что-то застучало, как будто внизу кто-то пробежал по ступенькам. Чертовщина, конечно, но я все-таки подошел поближе к лестнице. В самом низу кто-то говорил, но я ничего не мог разобрать из-за работающей вентиляции. Я прижался к стене и медленно спустился на пару ступенек.
– …еще не привыкла. Я тоже это заметил. Такое бывает.
Голос был неприятный, ни мужской и ни женский.
– Ты думаешь, та жидкость поможет? – спрашивала девушка, ее голос был красивее.
– Конечно. Мы залили в гипнокамеру целую канистру. Когда мистер Крамер проснется – то испытает кое-что необычное.
Опять тишина. Любопытство окончательно победило и я спустился пониже.
– Мне так надоело летать туда-сюда, надоело прятаться! – снова заговорила девушка. – Надоел этот… маскарад! Давай сбежим куда-нибудь на Земле и спрячемся, пожалуйста.
– Мы это уже обсуждали, – отвечал ей человек неопределенного пола, – он найдет нас где угодно. Все это – не наша жизнь, какой бы сладкой она не была. Она принадлежит не нам.
В животе у меня все застывало от этого голоса.
Девушка всхлипнула.
– О Матерь Вездесущая, неужели мы обречены! Каждый раз приходится привыкать… – и вдруг усмехнулась. – Хотя знаешь, таким ты нравишься мне еще больше. Как тебе вообще это пришло на ум?
Неправильный голос засмеялся неправильным смехом.
– Пойдем наверх и я тебе расскажу. Только тихо, чтобы они не услышали.
По ступенькам быстро застучали шажки. Я поднялся и осторожно выглянул в коридор – пусто. Потом быстро вернулся в свою каюту и запер ее изнутри.
Спать мне больше не хотелось.
Знаете, говорят «любопытство сгубило кошку». В моем случае только благодаря ему она и осталась жива.
