Это, а также обрушившиеся на него потоки воздуха и мелькавший на бешеной скорости внизу асфальт заставили Маркуса задуматься, на что он рассчитывал, когда решился разбить стекло и свеситься наружу из мчавшегося на полном ходу автомобиля.
Еще одна пуля улетела куда-то во тьму. Маркус придвинулся вперед, схватил полицейского за кисть руки, и третья пуля тоже отправилась в черноту ночи. Маркус вложил в рывок всю свою силу, и ему удалось частично вытянуть офицера наружу. Пистолет упал на дорожное покрытие.
Подобное развитие событий было даже более удачным, чем рассчитывал Маркус, и он в полной мере воспользовался ситуацией. Левой рукой обхватив копа за шею, он правым кулаком непрерывно бил его по голове, одновременно стараясь сохранять равновесие, чтобы самому не вывалиться из окна.
Автомобиль мотало от одного кювета к другому. Маркус посмотрел вперед и увидел поворот дороги. Он знал, что они не смогут в него вписаться. Он втолкнул офицера обратно в машину, а потом и сам вернулся на место. Полицейский, вероятно по ошибке, нажал на педаль газа, поскольку Маркус почувствовал, что движение автомобиля ускорилось, и приготовился к удару.
Патрульная машина на огромной скорости влетела в придорожную канаву. Переднее колесо с силой ударило о крыло, а капот смялся так, словно был сделан из фольги. Машину подбросило вверх, и она закружилась в воздухе.
Маркуса швыряло и крутило в салоне, как белье в барабане стиральной машины. Несмотря на попытку подготовиться к удару, он натыкался на все твердые поверхности салона, ударился головой об уцелевшее правое заднее стекло, и глубокая ссадина пересекла лоб чуть выше правого виска.
Когда машина снова соприкоснулась с землей, она опустилась на крышу и по инерции проехала еще футов пятьдесят, прочертив на поверхности дороги глубокую борозду, напоминающую след от торнадо.
Пока Маркус, окровавленный, лежал в кабине, на него навалился страх, подобный грозовым облакам, налетающим на тихую долину, или зловещему туману, стелющемуся по безмятежной поверхности моря. Ему стало казаться, что темнота снаружи целенаправленно перемещается. Он чувствовал на себе ее давящую тяжесть. На мгновение ему почудилось, что он подвергся атаке какого-то темного древнего существа, явившегося, чтобы лишить мир всех источников света. Затем он понял, что нараставшая тьма завладела только его сознанием. И как ни пытался Маркус ей противостоять, он утратил связь с реальностью и сдался прокравшейся в его мозг ночи.
Алиса Ричардс занимала в этом мире местечко, которое по праву считала своим. Небольшое — по крайней мере, значительно меньше того, на что она рассчитывала в юности, но все же тесный домишко был для нее родным. Но теперь ее дом больше не был очагом безопасности и источником милых сердцу воспоминаний. Все эти счастливые времена закончились в мгновение ока. Священная неприкосновенность их жилища была нарушена и навсегда осквернена сумасшедшим, затаившимся в тени.
Алиса с недоумением смотрела на вполне реального человека, вторгшегося в ее дом. Она не знала, что делать.
Ей нужно было что-то предпринять, причем очень быстро. Она слишком хорошо понимала, что стоявший перед ней мужчина явился сюда с более страшными намерениями, нежели чтобы просто их попугать. Глаза у него горели с такой силой, какой она никогда в жизни не видела у других людей. Она понимала, что ни договориться с ним, ни убедить его, этого человека из тени, не удастся. Его глаза излучали обитавшее за ними зло.
Она до боли стиснула зубы, ее руки дрожали от страха, какого она раньше и представить себе не могла. Только одна рациональная мысль смогла преодолеть стену этого страха, успевшую вырасти в ее сознании:
Мужчина протянул руку и, когда Алиса поравнялась с ним, ухватил ее сзади за подол юбки. Потом сильно толкнул, и она вылетела в коридор.
