На работе Алекс теперь совсем другими глазами смотрел на доктора Журовича и санитара Витю. Теперь парень точно знал, что здесь существует какая-то тайна, загадка, которую Алексу предстояло разгадать. Кто же вы на самом деле, Валентин Сергеевич?
Однажды доктору Журовичу и Алексу пришлось вскрывать труп довольно крупного и сильного мужчины. Валентин Сергеевич не спешил разрезать грудную клетку, любуясь великолепной фигурой мертвеца.
- Каков атлет, а, - обратился Журович к интерну.
- Да, здоровый, - согласился Алекс.
- А интересно, можно ли оживить мертвеца? - поинтересовался Алекс. - Или хотя бы вернуть ему частичные человеческие функции? Может, есть какие-то препараты...
- Какие функции вы хотели бы вернуть? - Журович с интересом посмотрел на интерна.
- Например, речевые функции, подвижность туловища, рук и ног, - ответил Алекс.
- Вот у этого экземпляра никакие функции уже точно не вернешь, - уверенно сказал Журович. - Мозг давно уже омертвел, а мышцы закоченели. Но вообще теоретически при определенных условиях какие-то функции можно вернуть в первые часы после смерти. Только зачем это делать?
- А кто-нибудь у нас в городе занимается подобными экспериментами? - задал Алекс провокационный вопрос, и патологоанатом с удивлением уставился на парня.
Интерн немного смутился от этого взгляда и отвел глаза в сторону.
- Или, может быть, раньше кто-нибудь этим занимался? - тихим голосом спросил Алекс.
- А, в общем, неважно, - сказал Алекс, сообразив, что ляпнул лишнее и поспешил сменить тему.
- Интересно, а какой у этого мужика объем бицепса? - поинтересовался Алекс, рассматривая мощную руку мертвеца.
- Да уж немаленький, - сказал Журович.
Они стояли перед здоровенным мужиком, два средненьких представителя мужского населения, и завидовали классной фигуре мертвого спортсмена.
- Всегда задумывался, почему я не родился с такими данными, - сказал Журович. - А вы, Алекс, хотели бы родиться с такой мускулатурой?
- Не отказался бы, - ответил Алекс. - Но он, наверное, качок какой-нибудь. Если ходить в тренажерный зал, то и мне через пару лет можно будет стать таким же.
- Вы в это верите? - удивился Журович. - Я в молодости много занимался, но что-то так и не приобрел такие мышцы. Если нет генетической предрасположенности, то хоть сколько занимайся, а таким красавцем никогда не станешь, если только не употреблять стероиды и химию. Но этот путь я вам не советую.
- Может этот спортсмен как раз и накачался на стероидах? - предположил Алекс.
- Очень даже может быть, - сказал Журович. - Сейчас вскроем и посмотрим, что у него там с печенью, почками и сердцем. Стероиды не жалеют внутренние органы, так что смертность среди культуристов довольно высокая.
Патологоанатом приступил к вскрытию. Вообще мертвые люди, которых Журовичу приходилось вскрывать, вызывали у него разные чувства. Видя перед собой мертвых стариков, доктор понимал, почему они умирали и нормально это воспринимал. Их дряхлые тела не могли уже служить своим хозяевам и лишь доставляли боль и бесконечные страдания. Смерть для таких людей была как избавление от мучений. Но иногда Журович исследовал тела молодых и здоровых женщин и мужчин. И тогда доктор ненавидел смерть. Вообще Журович восхищался устройством человеческого тела. Человеческое тело - это удивительное, даже уникальное устройство. Мозг, мышцы, суставы, кожа, пищеварительная система - все у молодого организма ладно устроено и прекрасно взаимодействовало, давая возможность человеку получать радость от жизни и удовольствия.
Никакие роботы до сих пор не могут сравниться с устройством тела человека, а тем более превзойти его. И очень обидно и несправедливо было видеть, когда обрывалась чья-то молодая жизнь. Молодой работоспособный организм в считанные минуты превращался в неподвижную груду мяса и костей, которые через несколько дней начинали гнить и смердеть. "Как же так?" - всегда удивлялся Журович. Неужели удивительные по своей конструкции руки, ноги, сердце и другие органы мертвого человека нельзя было как-то использовать? Конечно, в стране уже существовали центры трансплантологии, но они были далеко, где-то в Москве, и то прогресс в этом деле шел довольно медленно, преодолевая немыслимые препятствия и преграды. В итоге сотни, тысячи уникальных человеческих органов продолжали закапывать в могилы, где они просто гнили.
