Не менее четко выступала аспонтанность больного и при решении мыслительных задач, например при установлении аналогии между понятиями.
Приводим примеры, как больной решает эту задачу (надо найти аналог отношения «песня — глухой» для слова «картина»).
«Если песня — глухой, то картина, галерея… В Третьяковке они висят, я там редко бывал…»
На этом примере мы видим, как больной может осмыслить задание, но он «уводится» побочными ассоциациями, он даже прибегает к словам, которые в тексте не обозначены.
Этому же больному была предложена задача на замещение пропущенных слов в тексте (текст Эббингауза).
Больному предлагался следующий рассказ (выделенные слова вставлены больным): «Один человек заказал пряхе тонкие руки. Пряха спряла тонкие нитки, но человек сказал, что нитки толсты и что ему нужны нитки самые тонкие. Пряха сказала: „Если тебе эти не тонки, то вот тебе другие“, и она показала на глубокое место. Он сказал, что не видит. „Оттого и не видишь, что они тонки, и я сама их не вижу“. Человек обрадовался и заказал себе такие дела, а за эти заплатил деньги». Вместе с тем этот же больной мог иногда справиться с интеллектуальным заданием, если его стимулировали. Так, больному предлагалось выбрать подходящую фразу к пословице «Не все то золото, что блестит» из следующих фраз: 1) золото легче железа: 2) не надо судить о человеке по наружности: 3) самовар блестел как золото.
Больной берет в руки карточку с фразой «Не надо судить о человеке по наружности» и говорит: «Вот эта будет правильной», но тут же откладывает ее и берет карточку с фразой «Самовар блестел как золото», мотивируя: «Да, эта тоже подходит, потому что самовар можно так начистить, что он даже лучше золота блестеть будет».
Больной не реагирует на замечание экспериментатора, не выражает ни удивления, ни огорчения по поводу допущенной ошибки.
