Непросто складывались отношения союзной комиссии с ЦИКами союзных республик и их комиссиями по культовым вопросам. Стремясь выработать общую точку зрения на церковную политику и скоординировать совместные усилия, Центральная комиссия во второй половине 1934 года заслушала на своих заседаниях отчеты представителей Украины, Белоруссии, Узбекистана, Армении, Грузии. Была достигнута договоренность о совместной работе над союзным законопроектом о религиозных организациях, регулярном обмене информацией о религиозной ситуации и принимаемых правовых актах. Были выработаны порядок и условия рассмотрения материалов о закрытии культовых зданий и коллективных жалоб верующих. Право окончательного решения по всем этим вопросам закреплялось за Президиумом ЦИКа Союза ССР, а материалы к заседанию президиума поручалось вносить Центральной комиссии.
Опираясь на достигнутые договоренности, Центральная комиссия пыталась воздействовать на правительства союзных республик, отказываясь выносить на утверждение Президиума ЦИКа СССР неподготовленные материалы. Председатель комиссии (с 1935 года) П. А. Красиков справедливо указывал республиканским властям на противозаконность ряда принимаемых ими решений. Но очень скоро правозащитные действия комиссии торпедировались республиками. Ссылаясь на отсутствие общесоюзного закона, они добились признания за ними права окончательного разрешения вопроса о закрытии культовых зданий. За комиссией оставалось право соответствующего оформления принятых решений, то есть проведения их через Президиум ЦИКа СССР. Возникновение подобной ситуации объясняется не только стремлением республик к расширению своей самостоятельности, но и в значительной степени той безучастностью, с которой президиум относился к своей комиссии. Она почти полностью лишена была условий для нормального функционирования: не хватало помещений; штат состоял всего из трех человек; из-за отсутствия средств члены комиссии годами не могли выехать в командировки в республики; положение о комиссии так и не было утверждено; Секретариат ЦИКа СССР отказывал в организационной и материально-технической поддержке.
В июне 1936 года был опубликован проект новой всесоюзной конституции, вынесенный на всенародное обсуждение. Статья 124-я проекта конституции касалась проблем обеспечения свободы совести в СССР. Вместе с обсуждением принципиальных проблем проекта новой Конституции СССР в центре общественного внимания оказались и вопросы деятельности религиозных организаций, их права и обязанности, взаимоотношения с государством, дальнейшего возможного развития законодательства о культах.
В адрес Конституционной комиссии от граждан, государственных учреждений и общественных организаций поступали многочисленные поправки к проекту статьи о свободе совести. В большей своей части они содержали требования запретить все религиозные обряды, всяческое обучение детей религии, деятельность «сектантских течений», не предоставлять священнослужителям полноты гражданских прав, ужесточить действующее законодательство о религиозных культах. В значительной мере они были порождены той общественной атмосферой в стране, которая сложилась под воздействием партийной антирелигиозной пропаганды, волюнтаристской деятельности советских и административных органов.
На страницах официальной прессы, естественно, не находилось места для изложения позиции верующих по данным вопросам. Но о ней можно узнать, обращаясь к архивным материалам Комиссии по культовым вопросам при Президиуме ЦИКа СССР. В одном из поступивших в комиссию писем указывались следующие предложения верующих относительно статьи 124-й Конституции СССР:
«1. Статью 124 соблюдать тверже и местную власть поставить в определенные рамки.
2. Непосильными налогами как храмы, так и духовенство не облагать, а делать процентные начисления доходов.
3. Запретить всякие „издевательства“ над церковью, духовенством и верующими.
4. Разрешить беспрепятственно, без особых на это разрешений местных властей, собрания верующих и церковного совета, ходить духовенству по домам с молебнами и требами.
5. Не допускать давление на рабочих и служащих за религиозные убеждения.
6. Не закрывать путем административного давления храмов, если не будет на то согласия религиозной общины»[157].
