Патриоты полностью

Рая, повинуясь приказанию капитана, вернулась на место. Она заметила, кроме соседней перегородки, ещё одну. «Очевидно, выбрасывают несколько групп», – мелькнула мысль.

В это время где-то близко от машины разорвался снаряд. Шуру сбросило с сиденья на пол. Рая быстро помогла ей подняться, приговаривая: «Ничего, Шурочка, это линия фронта. Обстреливают.». Шура виновато улыбнулась, и села на своё место. Тонкий, как лезвие кинжала, голубоватый луч прожектора скользнул по крылу самолёта, мельком осветил кабину. Машина резко рванулась к низу. И сразу тишина, нарушаемая только гулом мотора самолёта. Ярко красные вспышки разрывов остались где-то позади, а с ними и луч прожектора. Через минут сорок Рая услышала как впереди, к выходному люку затопали ноги, потом и их соседи вышли. Капитан быстро вернулся.

– Ну, девочки, выходи, – выдохнул он, волнуясь. – Подходим.

Рая обняла за плечи Морозову:

– Шурочка, не бойся. Я прыгаю сразу за тобой, чтобы видеть тебя в воздухе. Пошли!

Страшной силы ветер ударил из открытых дверей самолёта в грудь Рае. Она посторонилась и пропустила Шуру.

– Давай! – и Шура, захлебнувшись и подавив крик, неловко вывалилась в люк. Рая крепко сжала руку, кивнула головой штурману и пилотам, которые уже выглядывали из машины. Парашют раскрылся сразу. Первой мыслью было: «Где Шура?». Огляделась. Метров сто, куда шёл самолёт, в противоположной стороне, на фоне чёрной, как тушь земли белел купол парашюта. Рая подтянула стропы и начала снижаться быстрее в сторону Шуры. На земле подруги обнялись. Шура от пережитого заплакала.

– Ничего, Шурочка. Сейчас спрячем парашюты и радиостанцию, – успокаивала Рая. – Главное выйти на шоссе. А там мы с тобой обыкновенные девчата, идущие на базар. Ты же сумеешь улыбнуться румынскому жандарму.

Шура, смахнув слезу, улыбнулась хорошей ласковой улыбкой. Приближалось утро 7 апреля 1944 года, первое утро в глубоком тылу врага» [2].

Вынужден на время прервать рассказ командира войсковой части Кудрявцева о деятельности разведчиц Раи Подрез и Саши Морозовой и процитировать часть письма сестры Саши, Ефросинии Сергеевны Морозовой, написанное 14 февраля 1966 года в городе Иваново, в котором описывается биография радистки.

«Александра Сергеевна Морозова родилась в августе м-це 1925 г. в г. Иваново. Окончила 7 кл Ивановской средней школы №33. В школе она вступила в комсомол. По окончанию школы она мечтала поступить в театральное училище, так как она была очень хорошо развита. Она много занималась спортом – это было её любимое занятие. Но дальше учиться она не смогла. Началась война. Две сестры Шуры ушли на фронт, а Шура пошла работать на фабрику БИМ (Большая Ивановская мануфактура – п.а.) счетоводом, где работал её отец, Морозов Сергей Харлампиевич. Без отрыва от производства Шура училась на радиста (ей было в то время 16 лет). Родители об этом ничего не знали, потому что она была очень скрытная. А когда узнали, уже было поздно, и пришлось им провожать на фронт и третью дочь (У матери Ирины Петровны и отца Сергея Харлампиевича всего было четыре дочери – Лидия, Ефросиния, Александра и Людмила. – п.а.). Отец очень переживал такое горе.

Уехала она на годичные курсы в г. Горький. Курсы окончила она успешно и направили её в одну из воинских частей. В начале 1943 года Шура писала родителям, что временно переписки не будет. «Улетаю на задание, вернусь, встретимся»» [3].

Продолжаем рассказ командира Кудрявцева о деятельности разведчиц Сашы Морозовой и Раи Подрез:

«2. Куда идти

Рая достала небольшую карту, осмотрелась. Они приземлились в степи. Кругом них на фоне неба темнели бугры и впадины. Разведчица легла на землю, поставила на карту компас и развернула её по показаниям стрелки. Несколько минут внимательно рассматривала населённые пункты, какие-то крестики, обозначения. Снова огляделась. Потом быстро поднялась.

– Шурик, нас сбросили точно. Мы находимся в районе Слободки – Вознесеновки (села Тарутинского района). Идти к Слободке на юго-запад. Давай быстро закопаем парашюты.