- Да-а, - грустно покачал головой Рысь. - Надобно бы его похоронить. Да и остальных - тоже… Не оставлять же на съедение диким зверям? Нужно где-нибудь взять лопаты. Флакс, старина, как ты думаешь, до чьей виллы отсюда ближе?
- Думаю - до виллы Октавия, мой господин.
- Не называй меня господином, сколько раз говорить?
- Слушаюсь… мой патрон.
- Ты знаешь Октавия? - перевязывая руку обрывком туники, осведомился Виниций. - А еще кого-нибудь из здесь живущих знаешь?
- Знаю, - усмехнулся Рысь. - Есть некто Кальвизий Лонгин - честнейший и порядочный человек, тоже мой знакомый.
Юноша неожиданно покраснел и, бросив перевязку, вскочил на ноги.
- Благодарю тебя за твои слова, Ант Юний! - Он поклонился, приложив правую руку к груди. - Сервий Кальвизий Лонгин - мой отец!
- А, вот оно что, - Юний широко улыбнулся. - Как же, как же, слышал про тебя от твоего батюшки. У тебя, кажется, есть еще и брат?
- Да, Феликс, старший.
- Феликс?! - Рысь непроизвольно вздрогнул, услыхав это имя - слишком многое было с ним связано. Когда-то в Риме…
- Я приглашаю вас к себе! - торжественно произнес Виниций. - Будьте гостями в нашем доме. Что же касается похорон, отец не откажется прислать рабов для рытья могилы.
- Вот и отлично, - кивнул Юний и обернулся к своим. - Собирайтесь, сегодня ночуем на вилле Кальвизия Лонгина, Флакс его должен помнить.
- Да помню, мой господин, как не помнить?
- Опять - «господин»?
- О, патрон, конечно же - патрон!
Кальвизий встретил их как старых знакомых, а выслушав рассказ сына, подобрел еще больше, проникнувшись к гостям самым искренним расположением.
- Рад, очень рад встретить тебя еще раз, уважаемый Юний. Тем более - при таких обстоятельствах… Вот, познакомься, моя супруга - Кальвизия Домна, а вот и мой старший сын Феликс.
Рысь церемонно раскланялся с высокой зеленоглазой женщиной в богатой столе и дружелюбно кивнул худощавому кареглазому юноше, очень похожему на своего младшего брата.
- Прошу, прошу к столу, - гостеприимно предложил хозяин.
По случаю славной победы над разбойниками-алеманами Кальвизий устроил самый настоящий пир. На столе нашлось место и жареному фазану, и печеным в тесте перепелам, и дорогому фалернскому вину, разбавленному теплой чуть подсоленной водой, и даже гаруму - соусу из сброженных рыбьих потрохов, что так обожали римляне.
- Ты очень быстро справился со всеми своими делами в Колонии Агриппина, - выпив вина, улыбнулся Кальвизий. Кроме самого хозяина и гостей, на трапезе присутствовали оба его сына и еще один гость, пожилой, высокий и лысоватый - сосед по участкам Лициний Вер, единственный, кого искренне уважал Кальвизий, со всеми прочими предпочитавший не общаться.
- Видишь ли, почтенный Кальвизий, до Колонии Агриппина я так и не добрался - свернул по делам в Вангионы, - во избежание лишних расспросов как бы между прочим заметил Рысь.
- А, в Вангионы, - усмехнулся хозяин. - Тогда оно, конечно, - тут и ехать-то совсем ничего. А это, значит, твои компаньоны? - Он взглянул на Эрнульфа с Арминием.
Юний молча кивнул.
- Молодые… А я думал, все торговцы и аргентарии - старые хитрющие выжиги!
- Торговля - рисковое дело, - хохотнул Рысь. - Дело для молодых.
- Ну, это сейчас все так думают, - отмахнулся Кальвизий. - А я так, признаться, желаю для своих детей совсем другого будущего. Старшего, Феликса, придется оставить для управления хозяйством - я ведь не вечный. А Виниция совсем скоро отправлю служить в легион! Верно, Виниций?
- От всей души желаю этого! Legio - patria nostra!
- Да, - вдруг спохватился Рысь. - Накормили ли пленного?
Кальвизий ухмыльнулся:
- Я не имею привычки морить своих гостей голодом, даже тех, кто оказался здесь не по своей воле.
- Могу я поговорить с тем варваром?
- Как скажешь, уважаемый Юний. Это же твоя добыча! Ты заберешь его с собой?
- Н-не знаю, - Рысь замялся. - Я хотел бы еще раз ненадолго съездить в Вангионы. Можно ли, злоупотребив твоим гостеприимством, оставить здесь Флакса и пленника? Да и насчет Эрнульфа я сомневаюсь - не открылась бы рана.
- Не откроется, мой патрон, - тут же заверил Эрнульф. - Располагай мной, как найдешь нужным.
- Что ж, пусть будет так, - кивнул Юний и пристально взглянул на хозяина виллы. - Так как, можно будет оставить?
- Оставляй на сколько хочешь! - Кальвизий развел руками. - Omnes, quantum potes, juva!
- Замечательные слова! - от души восхитился Рысь. - Вполне тянут на философию жизни.
После ужина он спустился в подвал, прихватив с собой кувшин фалерна и пару кружек. Именно там, в подвале, прикованный цепью к стене, и содержался пленник.
- А, это ты, римлянин. - Звякнув цепью, он зло сверкнул глазами. - Пришел поиздеваться над пленным?
- Пришел выпить с тобой кувшинчик фалернского, - усаживаясь прямо на пол, усмехнулся Юний. - Если ты, конечно, не побрезгуешь со мной пить.
Германец хрипло рассмеялся:
- Не думай, не побрезгую. Фалерн для того слишком хорошее вино. Ну, что смотришь? Наливай, раз пришел.
Рысь быстро наполнил кружки:
- Ничего, что вино не разбавлено?
- Ничего.
- Тогда пей. Ты славно бился, димахер.
Пленник закашлялся:
- А кем был ты? Гопломах, мирмиллон, секутор?
