Однако Тилль никак не отреагировал на угрозу. Тогда Трамниц вышел из машины, обежал вокруг спортивного автомобиля и рывком открыл пассажирскую дверь, намереваясь схватить Беркхоффа за халат и выволочь на асфальт. Порыв ветра, дувшего со стороны озера, растрепал нехитрую одежду Тилля, проникнув ледяным холодом за воротник и под брюки, а в нос ему пахнуло запахом земли, прелых листьев и озерной свежестью.
– Давай, давай! Мы сюда не на пикник приехали! – вытащив Беркхоффа из машины, заявил Трамниц.
При этом он стал подталкивать Тилля в сторону «мерседеса» незнакомой Беркхоффу женщины, с которой маньяк любезно беседовал, а потом убил ее, даже не закончив разговор.
– Зачем вы это сделали? – спросил Фридер, присевший на корточки рядом с убитой и напрасно пытавшийся нащупать у нее пульс.
В ответ Трамниц поднял пистолет, который еще несколько секунд назад держала в своих руках убитая им женщина.
Первой реакцией Тилля было возникшее раздражение по поводу того, что он не воспользовался только что представившимся благоприятным моментом и не завладел пистолетом. Но он понимал, что в его руках это оружие оказалось бы бесполезным, ведь даже выстрел в бедро не заставил бы маньяка говорить – Трамниц оказался нечувствительным к боли, а убивать его Беркхофф не хотел.
Сейчас не хотел. До той поры, пока убийца не приведет его к сыну.
«Лучше бы Фридер не возился с убитой, а бросился бежать», – подумал Тилль.
В этот момент Трамниц открыл водительскую дверь «мерседеса», на котором приехала убитая им женщина, и скомандовал:
– Ну же, чего вы ждете?
При этом он попеременно направлял пистолет то на Тилля, то на хирурга, размахивая свободной рукой.
– Залезайте! Да поживее!
Фридер поднялся, но, потрясенный до глубины души, не смог отвести взгляд от убитой. Он так и пятился шаг за шагом, как в трансе, глядя на тело. Только перед «мерседесом» хирург повернулся и со слезами на глазах спросил:
– Зачем?
От удара о переднее сиденье спортивного автомобиля на лбу у него расплывалось красное пятно, а у Тилля, который во время столкновения был пристегнут ремнем безопасности, разболелась шея.
– Садись в машину, и я тебе отвечу, – заявил Трамниц.
Тем временем Тилль уже занял место на переднем пассажирском сиденье, но Фридер еще колебался. Однако направленный на него пистолет не оставлял выбора, и он наконец тоже плюхнулся на заднее сиденье «мерседеса», опять не пристегнувшись.
– Вот дерьмо, – пробормотал хирург и закрыл лицо руками.
В этот миг трудно было понять, какой звук оказался громче – то ли шум запускаемого двигателя, то ли всхлипывания хирурга, то ли зловещий смех Трамница, когда он, заведя мотор, включил переднюю передачу и нажал на педаль газа.
«Мерседес» рванул с места, но затем маньяк нажал на тормоз, словно что-то забыл.
«Что я упустил из виду?» – в который раз спросил себя Беркхофф, уставившись на лежавший впереди него труп молодой женщины, смотревшийся в свете фар как нечто нереальное.
– Ты хочешь знать, почему я убил своего адвоката? – обернувшись к Фридеру, со зловещей улыбкой спросил Трамниц.
– Да.
– Потому что мне она больше не нужна и только меня раздражала.
В этот момент маньяк сделал задумчивое лицо, а потом заявил:
– И то и другое относится также и к тебе!
Произнеся такое, психопат кивнул, словно в такт своим мыслям, а потом добавил:
– Если хорошенько разобраться.
С этими словами убийца захохотал и выстрелил Фридеру, сидевшему на заднем сиденье, прямо в живот.
– Что он?
– Сбежал! Вырвался! Удрал!
– Это… Как такое могло случиться?
Фрау Зенгер повернулась кругом в опустевшей палате Трамница, словно желая найти еще какой-нибудь уголок в небольшом помещении, который Симон забыл осмотреть.
– Я должен был забрать его и сопроводить к спецмашине, а когда вошел сюда… – начал было санитар, но внезапно замолчал.
– Вы уже объявили тревогу? – поинтересовалась руководитель клиники.
Ее лицо побледнело как полотно. И в этом не было ничего удивительного. Еще бы! Сбежал не кто-нибудь, а Трамниц! Самый опасный психопат в ее учреждении, который словно растворился в воздухе.
– Разумеется, – ответил Симон.
При этом его голос звучал так, как будто он был виноват в происшедшем, хотя санитар все делал правильно.
В каждом отделении «Каменной клиники» были смонтированы скрытые тревожные кнопки, одна из которых располагалась в коридоре прямо рядом с огнетушителями. В случае возникновения чрезвычайной ситуации, чтобы дать знать об этом полиции, требовалось просто нажать на нее.
– Ровно за минуту до того, как я вам позвонил, – добавил санитар.
– Хорошо, – сказала фрау Зенгер.
Ей прекрасно было известно, что уже спустя три минуты во дворе клиники объявятся как минимум полдюжины патрульных спецмашин с вращающимися синими мигалками. Вот только оставался вопрос: где проводить поиски?
Руководитель клиники подошла к окну и взглянула на пустынный парк, деревья которого гнулись под порывами ветра. В свете фонарей виднелись только залитые водой луга да разворошенная непогодой опавшая листва. На дорожках валялись сломанные ураганом ветки, смотревшиеся как внезапно выросшие коряги.
