Я был прав, третьего сентября появился значок опции големов. Заработала она. Как раз в Иркутск прибыли, осваивался в лагере. Дальше прокачка. Тратил всё свободное время, в основном ночами, гоняя големов и отрабатывая разные приёмы. В основном за пределами колонии. На данный момент держу трёх в течении часа и двадцати минут, или четыре сорок минут. А пять, двадцать пять минут. Очень неплохо за такое время. Правда в бою прокачка идёт быстрее, так и рубились големы, в основном в рукопашной, против друг друга, потому так быстро и шло. В планах, когда нас выведут на передовую, големами там всех уничтожить заранее, они же за пулемёты и встанут, встречая нашу атаку. Ну и начнут отбиваться. Потери постараюсь особо не наносить, штурмовые части штрафников возьмут оборону, но меня из пулемёта ранят. Для голема это не сложно. Всё, искупил вину и свободен. Потому я особо не переживал, как пережить свой первый бой. Постановка будет. Это о планах на будущее, тем более как сообщил вербовщик в звании майора, искупление всех грехов и возращение потерянного, тут обязательно. Правда, это касалось тех, кто пять лет сидел. У кого больше, лишь снятие судимости. Так что я в плюсе. Ладно это, дело конечно интересное, прокачка, но делаю. Как я жил в лагере? Да отлично жил. Смотрящего нашёл, он в соседнем бараке проживал, и хорошо жил. Так вот, просто описал за что меня сюда. Ржал тот минут десять, и договорился, что буду платить, а тот тихую должность мне подыщет. И тот справился. Мне эта резанная бумага особо не нужна, а тот знал через кого можно потратить и закупить с воли нужное. В общем, устроил тот меня в Красный уголок. Я получал свежую газету, вёл собрания, сообщая о политической обстановке в стране, и следил за порядком в комнате. И самое главное, у меня была своя комната отдыха, с койкой. Сам смотрящий работал в библиотеке, тоже одно из самых спокойных и дорогих мест в лагере.
Да, в бараке я не жил, начальник лагеря разрешил. А я попросился с ним поговорить, и когда мне пошли на встречу, пояснил майору:
- Гражданин начальник лагеря, у меня психическая не устойчивость, иногда бывают приступы агрессии. Это после ранения в голову. Я бы не хотел после очередного приступа очнуться посреди десятка трупов с травмами не совместимыми с жизнью. Ну зачем нам такие проблемы? Я прошу повесить во дворе мешок с песком, буду на нём агрессию сбрасывать, тут и вам плюсы, и мне. Спишите это на спортивное направление, вам же наверняка присылают приказы устраивать разряды на спортивные достижения.
Тот взял время на подумать. Я же смотрящему докинул, десять тысяч рублей, и он договорился, так что мне не только разрешили жить при Красном уголке. Но и мешок подвесили, крепкий, считай боксёрский. Каждое утро, и вечер, даже в дождь или метель, я там отрабатывал удары. Кстати, это действительно приглушало негативные эмоции, ну и жил с Майей в отдельной комнате со своей койкой как падишах. Я вообще редко её убирал. Лишь тайком водил в баню и в туалет. Чтобы не засекли. Тут уличные сортиры. Да так прижилась при мне, что на данный момент пузо её выпирало, показывая, что та на шестом месяце. Так что в лагере мне всё нравилось, вообще всё отлично, но не хватало своей бани, домика и ещё пары-тройки любовниц. А так всё шикарно. Одной Майи для моей активной жизни, я ещё и как любовник серьёзно в выносливости поднялся, спасибо опции усилителя эмоций, всё же не хватало. Жалел, что ещё набрать не успел. Припасов у меня немало было, дефицитных тоже, у меня всё отлично. Чёрт, да я жил в десятки раз лучше даже тех, что на воле живут. Так чего мне печалиться? Однако у меня накачалось четыре тонны, всего шесть тонн и сто шесть килограмм на данный момент, из них занято тонна девятьсот. Хранилище с опцией големов так и не открылось, что печально, и думаю уже не откроется. Да что это, я весной прокопал хранилищем подземный ход, с территории лагеря, и ночами не раз бывал в Иркутске. Покупал там разное у местных, тут особенно рыба и икра с Байкала шли отлично, омуль, хариус или муксун, разные вкусности. Нанял несколько старушек, те мне пекли хлеб, пирожки и пироги. Ночами забирал, благо гражданская одежда имелась, как и зимняя. В лесу, в стороне от лагеря, разводил костёр и готовил в котлах разные блюда, я своим кормил Майю, да и сам питался. Всё что было на нас двоих ушло, пополнял запасы горячей пищи. Жарил рыбу, медную сковороду купил. Разнообразил деликатесы, но к проверке, всегда был на месте. Раз пять мне устраивали внезапные ночные проверки, всегда один был и на месте. Но и всё.
